Связующая ткань культуры. ДИНАСТИЯ ЦИГАЛЕЙ

Сергей Орлов

Рубрика: 
ДИНАСТИЯ
Номер журнала: 
#1 2018 (58)

ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ДИНАСТИИ - ВОЛШЕБНАЯ СВЯЗУЮЩАЯ ТКАНЬ КУЛЬТУРЫ, СПОСОБНАЯ СОХРАНИТЬ, ПРЕУМНОЖИТЬ И ПРОДОЛЖИТЬ В БУДУЩЕМ ОПЫТ ПРЕДШЕСТВУЮЩИХ ПОКОЛЕНИЙ. МНОГОГРАНЕН ТВОРЧЕСКИЙ ДИАПАЗОН ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ДИНАСТИЙ, ЧАСТО ОБЪЕДИНЯЮЩИХ РАЗНЫЕ СФЕРЫ ИСКУССТВА - ПОЭЗИЮ, МУЗЫКУ, ТЕАТР, АРХИТЕКТУРУ И ЖИВОПИСЬ.

Слева направо: Владимир, Ефим Давидович, Виктор, Адель Иосифовна Цигали. 1926
Слева направо: Владимир, Ефим Давидович, Виктор, Адель Иосифовна Цигали. 1926. Фотография

Творческий опыт семьи, ежечасно, ежедневно, незаметно и неотступно передаваемый детям, затем внукам, - вот органичная связь времен. В отечественной культуре субстанция преемственности мощно проявилась в искусстве рубежа XIX- XX веков. Затем под действием исторических коллизий подобная преемственность была прервана и нарушена и вновь начала восстанавливаться в последней трети ХХ столетия. Можно предположить, что в будущем феномен художественных династий станет значимым и действенным.

В мастерской Александра Цигаля. Слева направо: Вацлав Шагинян, Александр Цигаль, Сергей Цигаль
В мастерской Александра Цигаля
Слева направо: Вацлав Шагинян, Александр Цигаль, Сергей Цигаль. Фотография

Уникальный опыт - художественные миры династии Цигалей, объединившие творческие пути художников разных поколений.

Владимир Ефимович Цигаль (1917-2013) - мастер монументальной и станковой скульптуры, его брат Виктор Ефимович Цигаль (1916-2005) - виртуоз рисунка и графических искусств, живописи, керамики, металлопластики.

Сыновья продолжили переданную и доверенную им эстафету творчества.

Александр Цигаль (сын Владимира Ефимовича; род. 1948) избрал многотрудный путь скульптора.

Сергей Цигаль (сын Виктора Ефимовича; род. 1949) избрал сразу несколько творческих сфер. Первенствует искусство печатной графики, офортные серии, где главные герои - парусники, птицы, облака, звери и рыбы, мир неизбывный природных форм. Сергею даны талант рассказчика и артистизм телеведущего. Неотступна его страсть к путешествиям по всему миру. Ему открыты тайны изысканных заморских блюд, секреты деликатесов всех стран, народов и времен! Большой популярностью пользуются его телепроекты «На шашлыки», «Охотники за рецептами», «Кулинарные путешествия», в которых участвовали его супруга Любовь Полищук и дочь Мариэтта.

Гордость семьи Цигалей - творчески одаренные женщины.

Мирэль Яковлевна Шагинян (1918-2012), жена Виктора Ефимовича Цигаля, дочь знаменитой писательницы Мариэтты Сергеевны Шагинян. Окончила Московский Государственный художественный институт имени В.И. Сурикова по классу монументальной живописи под руководством Александра Дейнеки. Дейнека запечатлел юную художницу в светлом, мажорном живописном полотне.

Жизнь и творчество Мирэли неотделимы от Коктебеля. Мариэтта Сергеевна Шагинян дружила с поэтом Максимилианом Волошиным и его супругой Марией Степановной, в летние периоды она с семьей часто гостила в доме Волошиных. Мирэль вспоминала, что в 10 лет она впервые вступила на коктебельскую землю. «Я много в жизни путешествовала по разным странам, 16 раз была в Африке, но не было лета без Коктебеля, без дома Волошина. Была в “Доме поэта" еще при живом Максе, а потом у Маруси. Пишу так, как было принято на “ты" и по имени. Все дети, которые жили в “Доме поэта", звали Макса и Марусю так. Жили мы на чердаке. У нас были свои матрасы и подушки, которые утром мы убирали».

В 1947 году Мариэтта Сергеевна купила в Коктебеле маленький дом с земляным полом, двумя смежными комнатами и крыльцом, который стал любимым домом всей семьи. Мирэль и Виктор Цигаль настелили полы, пристроили террасу и мастерскую, обустроили сад с плодовыми деревьями, розарием и сиренью. Из металлических полос Виктор Ефимович сделал морского конька и прикрепил чудный герб над калиткой. Познакомился с мастером керамических игрушек, который установил в мастерской гончарный станок, вблизи дома возвел солидную печь для обжига керамических изделий. В Коктебеле Виктор Ефимович делал иллюстрации к детским книжкам, много работал в керамике.

Величественные ландшафты Крыма определили главную сферу творчества - пейзажные этюды и картины на пленэре. Излюбленной пленэрной диспозицией стала Тепсень, что по-турецки значит блюдо. Это срезанная «столовая» гора, аналоги которой есть во многих горных системах. Тепсень открывает для художника восхитительные перспективы. Виктор и Мирэль вместе писали панорамные этюды с высотных точек. Мирэль писала этюды, а Виктор - ее портреты на фоне эпических ландшафтов. «Моя задача - написать Мирэль за работой, а за ней - пейзаж. За многие годы написаны такие этюды. Мирэль всегда живописна. Любой сарафан, любая теплая куртка ей к лицу. Она сама так необычна, так своеобразна, что ее присутствие всегда организует пейзаж. <...> Я писал этюды с Мирэлью, работающей на пленере, разных размеров, начиная с крошечного этюдика - напалечника - до картонов 50 х 70 и картин еще большего размера. Очень много рисовал ее графическими материалами. Лепил в керамике, вырубал в железе. Это уже дома. Потом сваривал автогеном в ЭТПК - художественном комбинате. Мирэль всегда была и остается для меня объектом карикатур, плакатов, сделанных к очередному возвращению из Африки или к домашнему юбилею».

Дом, известный всем как дом Мариэтты Шагинян, со временем приобрел иное наименование - дом Любови Полищук. Сергей Цигаль и Любовь Полищук ежегодно приезжали в Коктебель. Яркий, артистичный характер актрисы мастерски запечатлел Виктор Цигаль в мажорном, карнавальном и загадочном живописном портрете.

Актрису знали и любили миллионы людей. Не удивительно, что почитатели ее таланта приходили и в коктебельский дом. Приходили друзья, отдыхавшие в Доме творчества Союза писателей («Дом поэта»), часто бывал Евгений Евтушенко.

Третье поколение художественной династии - Маша Цигаль (дочь Александра Цигаля). Ее сфера - европейского уровня проекты в сфере дизайна, моды, стиля.

Творцы ДИНАСТИИ - Владимир и Виктор Цигали. «На всем земном шаре нет человека, который был бы мне ближе, чем Володя Цигаль, мой брат», - говорил Виктор Цигаль. Братьев единила невидимая великая сила. Выразить такую связь может только поэтическое слово. Именно поэтической строкой, ритмикой мысли Владимир Цигаль выразил смысл слова ДВОЕ:

Двое
Всю жизнь нас было только двое.
Были подруги и друзья,
Жены, дети и семья,
Огромный мир и все такое.
Но нас всю жизнь было двое.
И память на двоих одна,
И самое в ней дорогое,
Когда мама была жива.
На разные далекие места
Раскидала нас война,
Но в радости и горе
Всегда нас было только двое.
Был он длиннонос, высок, рукаст,
Талантлив, остроумен и горласт,
Писал картины, рисовал
И книжек множество издал.
А я пониже ростом был,
Задирист, хуже рисовал,
Зато из бронзы и гранита
Монументы создавал.

Судьбы братьев во многом схожи, зеркальны. Оба с дипломного курса Московского государственного художественного института (с 1948 - МГХИ имени В.И. Сурикова) идут добровольцами на фронт. Оба прошли горнило Великой Отечественной войны, оба не раз оказывались на шаг, на полшага от смерти. Да, они были фронтовики, но ненавидели войну и любили жизнь.

Виктор Цигаль. 1943–1944
Виктор Цигаль. 1943–1944
Фронтовая фотография

1942 год. Виктор Цигаль на дипломном курсе МГХИ. Часть института в Самарканде, в эвакуации, часть - в Москве. Виктор едет из Самарканда в Москву. В это время в Свердловске формируется Добровольческий танковый корпус. Долго не раздумывая, Виктор вступает в танковый корпус на должность художника при политотделе. «Я вступил в корпус. Володя - брат - уже на фронте. <...> И вообще, на молодого человека, здорового, смотрят с подозрением. Или дезертир, или шпион. А диплом, конечно жалко, но <...> И покатился я из-под Москвы на танках и на грузовиках по России, по Европе, по разным фронтам на два с половиной года. Потом, в 45-м году, напечатал в Свердловске фронтовой альбом “Герои боев 10-го гвардейского Танкового Добровольческого корпуса" и представил его в качестве диплома в институт в Москве».

В 2003 году Виктор Цигаль издал книгу воспоминаний «Моя дорога». В ней есть пронзительный текст «О страхе на войне»: «Мы были в кольце пожаров. Вокруг горели польские деревни. Ночь. Сплошной артиллерийский гул. Никто не знает, где наши, где немцы. Куда двигаться. <...> Мне казалось тогда, что страх увеличивается, если ты бездействуешь. Почти любое действие, любая активность, даже бестолковая, да еще сообща, снимает долю страха. <...> Наша колонна из трех танков, среди которых один “тигр", не стояла на месте. Она двигалась. Так гасили панику, так снимали страх».

Владимир Цигаль. 1943–1944
Владимир Цигаль. 1943–1944
Фронтовая фотография

Владимир Цигаль в 1937-м поступил в Московский государственный институт изобразительных искусств (с 1948 МГХИ имени В.И. Сурикова), на факультет скульптуры. Учился у Ивана Шадра, Владимира Домогацкого, Александра Матвеева.

1942 год. С дипломного курса добровольцем ушел на фронт. До 1944-го служил во флоте в качестве военного художника. Участвовал в высадке десанта в Новороссийск и Керчь, в боевых операциях Черноморского и Балтийского флотов.

После войны, в 1948 году, окончил МГХИ по мастерской скульптора Р.Р. Иодко.

На многие годы главной, решающей стала для художника тема Великой Отечественной войны, с ней связаны основные монументальные работы, ей посвящены многие станковые скульптуры и графические серии.

В своей автобиографической книге «Не переставая удивляться. Записки скульптора» (1986) Цигаль с поразительной силой и достоверностью воссоздал страшные и героические картины штурма и обороны новороссийского плацдарма в феврале 1943 года. События, участником которых выпало стать Цигалю, воссозданы с неопровержимой убедительностью.

Вот поразительный эпизод: художник на борту тральщика, перевозящего раненых бойцов с огненного новороссийского рубежа в Геленджик, и, как бывает во сне, почти касаясь борта, прошла торпеда.

«И я увидел смерть. Она быстро проскользнула темной тенью. Бесконечно длинная и темная. <...> И говорили все вместе, озираясь на море:
- Она прошла, почти касаясь борта! Еще бы чуть-чуть!..»

«Вся жизнь на войне, как запутанный сложный лабиринт, - пишет художник. - Где то пространство между вилками пулеметных очередей и дождем смертоносных осколков, в котором можно остаться живым, не сделав только один лишний шаг в сторону, вперед или назад, шаг, который станет роковым?»

Бесценный документ времени - фронтовые рисунки Виктора и Владимира Цигалей. Рисунки, сделанные в непосредственной близости от передовой, от линии огня. Это наброски сюжетных сцен, фрагменты интерьеров, уличные бои, движение колонн, фронтовые дороги. Но главное - портреты воинов. Танкистов, летчиков, пехотинцев, матросов, медсестер. Портреты, сделанные с ходу, в присутствии боевых товарищей, энергичные, точные, спринтерские.

В Геленджике Владимир Цигаль рисовал матросов весь день по пятнадцать - двадцать минут. Рисунки предназначались для газеты «Красный черноморец», для листовок и для самих бойцов, которые посылали свои боевые портреты родным. В Новороссийске Цигаль рисовал в полуразрушенных строениях, рядом сидели и лежали раненые бойцы.

За годы войны Владимир Цигаль сделал более 600 фронтовых рисунков. Большая часть из них ныне хранится в военных музеях в Новороссийске и Геленджике.

Жизнь интересна не сменой календарных листов, а событиями яркими, все остальное - лишь прочерк, считал Владимир Цигаль. В его жизни не было прочерков. Яркими событиями были открытия, именно открытия созданных им монументов. Но столь же яркими событиями было и создание камерных произведений. Станковые композиции, портреты, рельефы, графические серии. Во всех своих работах Цигаль автобиографичен. И в масштабных проектах, осуществляемых по государственным заказам, и в камерных произведениях, создаваемых для себя, в равной мере ощутимо личностное, авторское начало. В каждой работе - экспрессия личного переживания, глубокое проникновение в сущность явлений.

Искусство Владимира Ефимовича искренне и правдиво, он никогда не приукрашивал реальность, передавал судьбы людей во всем их драматизме, незащищенности, в противодействии внешним обстоятельствам.

Искусство скульптуры Вл.Е. Цигаль считал своим жизненным призванием и гражданским долгом, искал образы исторического масштаба. Широко известны созданные им памятники советским воинам в Берлине, Кюстрине и Зеелове (в соавторстве со скульптором Л.Е. Кербелем, 1945), жертвам фашизма в Маутхаузене (в соавторстве с Л.Е. Кербелем, 1957), мемориальный комплекс «Героям гражданской войны и Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.» в Новороссийске (1977-1982, архитекторы Я.Б. Белопольский, Р.Г. Кана- нин и В.И. Хавин), памятники Герою Советского Союза генерал-лейтенанту Д.М. Карбышеву в бывшем немецко-фашистском концлагере в Маутхаузене (1962, Австрия), Герою Советского Союза Мусе Джалилю в Казани (1967, архитектор Л.Г Голубовский), генерал-лейтенанту Д.М. Карбышеву в Москве (1980), Рихарду Зорге в Москве (1985) и в Баку (1981).

Цигаль говорил о героях своих произведений: «Разные люди, разные судьбы, по-разному они жили, боролись, по-разному встретили смерть. Для истории это уже не генерал, офицер или солдат, а люди, ставшие совестью поколений. И моей мечтой было возвращение их в строй в мраморе, бронзе, граните».

Создавая в 1960-1980-е годы монументы героям Великой Отечественной войны, Владимир Ефимович, по его словам, призывал в помощники не только свой опыт, способности, чувства, все силы, но и память.

Создание монументального портрета - поединок, безжалостная внутренняя борьба, прорыв к документальному, психологически мощному образу. Цигаль создал 14 вариантов портрета генерала Дмитрия Карбышева. Причем не камерные настольные этюды, а настоящие статуи высотой 1,2 метра каждая. И лишь в четырнадцатом варианте он нашел то, к чему стремился. Все предшествующие поисковые версии художник уничтожил.

Генерал Карбышев попал в плен, был отвезен в концлагерь Маутхаузен. В ночь с 17 на 18 февраля 1945 года он был раздет донага и на морозе залит водой.

Вл.Е. Цигаль долго искал образ и понял, что Карбышев должен быть красив и драматичен в своем великом подвиге, красив и величествен перед своими мучителями и страшен для них силой своего духа. «Должен олицетворять мужество и красоту сотен и тысяч людей, которые боролись и безвестно погибли. Он должен быть таким, и я абсолютно уверен, что он был таким.

Пусть он твердо стоит на ногах, стиснув руки и губы, величественный и сильный, пусть он навечно останется стоять как символ мужества, бесстрашия, несгибаемой воли. Пусть он будет символом для живых».

Цигаль профессионально изучил европейскую скульптуру ХХ столетия. В 1981 году вместе с Олегом Комовым и Юрием Черновым он посетил мастерскую Генри Мура. Беседа была о символике пластической формы.

Разные стили, разные пластические задачи, но в одном Мур и Цигаль едины - представлении о монументе как о символическом документе эпохи. В 1940-1941 годах, во время непрестанных воздушных бомбардировок Лондона, Генри Мур сделал поистине титанический графический цикл, посвященный людям, нашедшим убежище в лондонском метро. Мы видим ряды тел в бесконечных тоннелях, скованные и гротескно деформированные тела, прерывистое, затрудненное дыхание, тяжкие сны. В подземных тоннелях обрела плоть идея сквозной, проницаемой фигуры.

Цигаль говорил, что принцип Генри Мура - проникновение среды внутрь композиции и обтекание ее со всех сторон - покорил его безраздельно. Он рисовал «Полулежащую фигуру» (1967) Генри Мура перед зданием ЮНЕСКО в Париже, рисовал скульптуру Осипа Цадкина «Разрушенный город» в Роттердаме (1953). Он говорил о внутренней динамике роттердамского монумента. Это мольба поднятых к небу рук. Мольба, переходящая в проклятие силам, несущим смерть.

«Разрушенный город» в Роттердаме и памятник Карбышеву в Маутхаузене. Столь несхожие стилистически, эти монументы равномасштабны своей предельной внутренней экспрессией, публицистичностью, в них мощно выражена энергетика протеста. Это именно монументы-символы великого и трагического ХХ века.

Цигаль определил свою позицию: да, я принимаю Мура, да, я принимаю Цадкина, но мне этого недостаточно. Мне не хватает портретности, психологии, интеллектуального мира человека.

Скульптор создал новый образ военного, исторического памятника ХХ столетия, проникнутого драматизмом, экспрессией, высоким духовным содержанием. Созданные им портретные памятники и мемориальные ансамбли концентрированно выражают масштаб и трагизм событий Великой Отечественной войны.

Мастер всегда находит неординарные решения. Таковы памятники Рихарду Зорге в Баку (1981), где родился Зорге, и в Москве (1980-1985). В бакинском памятнике мы видим экспрессивный и фрагментарный портрет-маску. Огромная цельнометаллическая плита, чуть сферичная, как космический радар. Плиту насквозь пронзают глаза, взгляд прожигает металл. Вокруг глаз - сквозные пробоины, как следы от пуль.

В московском памятнике фигура Зорге - на фоне гранитной плиты. В плите выбит сквозной проем, повторяющий очертания фигуры Зорге. Человек миновал стену смертельной опасности. Вот истинный символ, вот действенность сквозной, проницаемой пластической формы.

Художник впервые увидел Новороссийск сквозь пробоину в бетонном заборе радиостанции на Малой земле, куда высадился с матросами холодной февральской ночью 1943 года. Но идея проницаемой скульптуры отнюдь не замыкается на образах разрушенных зданий и прожженной танковой брони. Это символическое окно в тайны материи, в глубины разума.

16 сентября 2012 года в Новороссийске отмечалось тридцатилетие созданного Цигалем монумента «Малая земля» (открыт 16 сентября 1982 года, архитекторы Я.Б. Белопольский, Р.Г. Кананин и В.И. Хавин).

Оборона Малой земли продолжалась с 4 февраля по 16 сентября 1943 года (225 дней) и завершилась освобождением Новороссийска.

Идея монумента неординарна - это не стела, не обелиск, не масштабная статуя. Берег Цемесской бухты рассекает динамичная остроугольная архитектурная форма - символический десантный корабль, овеществленный в бетоне и граните.

Левый борт корабля венчает бронзовая девятифигурная группа «Десант» - устремившиеся в атаку моряки, пехотинцы, девушка-санинструктор. На правом борту - барельеф, изображающий тех, кто 225 дней оборонял отвоеванный участок земли.

Документальное и эмоциональное неразрывно связаны. В персонажах скульптурной группы обобщены реальные жизненные впечатления художника. Цигаль вспоминал, что однажды после сражения он нарисовал портрет медсестры, которая во время боя с оружием в руках защищала раненых матросов.

Образ медсестры стал для художника символом мужества, милосердия. Эта тема неоднократно повторяется в графике и скульптурных рельефах.

Цигаль глубоко ощущает пространственное и эмоциональное единство монумента и ландшафта. Экспрессия мемориала «Малая земля» многократно усилена эпической панорамой Цемесской бухты. Сама природа хранит память истории, свидетельствует о героизме моряков, пехотинцев, артиллеристов. Эффект документальности усилен введением в панораму ансамбля артиллерийских орудий, участвовавших в боях за Новороссийск.

Внутри памятника развернута галерея боевой славы. Лестница из красного карельского гранита поднимается к скульптурной композиции «Клятва», к мозаичному панно, воспроизводящему текст клятвы малоземельцев: «Отвоеванный нами у врага клочок земли под городом Новороссийском мы назвали “Малой землей". Она хоть и мала, но она наша, советская, она полита нашим потом, нашей кровью, и мы ее никогда и никакому врагу не отдадим».

В центре композиции - позолоченная бронзовая капсула «Сердце» с именами воинов, погибших в боях за Новороссийск. Изображение сердца стало одним из центральных символических мотивов в творчестве Цигаля.

Скульптура может быть суровой, сдержанной, трагической, но также легкой, воздушной и бессмертной, как поэзия.

Вл.Е. Цигаль творил образы экспрессивные, но также и поэтические, ему было близко творчество Сергея Есенина и Владимира Маяковского. В 1972 году скульптор создал памятник Есенину (установлен на Есенинском бульваре в Москве). Мы ощущаем простор земли, поэт зачарован величием природы. Для памятника была специально посажена березовая аллея.

«Когда мы краном поднимали бронзового “Есенина", и на нем еще висел не снятый стальной трос, и, покачнувшись раз-другой, статуя встала на место, вдруг появился какой-то парень и положил к его ногам букет белых астр. Тут только я поверил, что памятник будет жить».

Мастерство скульптора ярко проявилось в станковом и композиционном портрете - это Владимир Маяковский, Сергей Есенин, Всеволод Мейерхольд. Многочисленны портреты современников - космонавт Герман Титов, композитор Дмитрий Кабалевский, писательница Мариэтта Шагинян, поэт Евгений Евтушенко, скульптор Олег Комов.

Композиция «Маяковский в Америке» (1990-е) - футуристический экспромт, монумент, соизмеримый поэтическому слову Маяковского. Поэт-гигант переступает небоскребы, и том стихов в руке поэта над панорамой небоскребов!

Вл.Е. Цигаль - скульптор-монументалист, но также мастер графики и камерной пластики. В рельефах он обратился к вечным темам, представил мир до сердцевины проницаемым. Круг жизни, отраженья, зеркала, метаморфозы лиц, земные раны, гротеск, жизнь, смерть.

Проницаемо тело Земли. В скульптуре «SOS» (2000-е) Цигаль сопоставляет земной шар и морскую мину, соединяет два облика Земли, миф и гротеск. Земля возносится на спинах трех слонов и ощетинилась шипами, иссечена глубокими расколами. Она гротескна как астральный зверь: не планета, но живое существо. Торчащие дула орудий, конусы баллистических ракет уподобили ее боевому механизму «звездных войн». Отяжеленную оружием планету художник ассоциирует с трагической историей ХХ столетия. Но у гипотетических «звездных войн» есть альтернатива. Над земным шаром художник изображает фигурку обнаженного мальчика, бегущего и радостно приветствующего мир. Он гений и посланец будущего, и художник надеется на его спасительную миссию.

Более двадцати лет Вл.Е. Цигаль работал над масштабной серией скульптурных рельефов, в которых выражены сокровенные мысли художника. Ключевые идеи серии - неумолимость времени, быстротечность бытия, извечное противостояние разрушительных и созидательных сил, вражды и милосердия. Серия рельефов разворачивается как единая эпическая книга бытия.

Вечные темы раскрываются как неотъемлемая часть биографии художника. Центральным мотивом становится автопортрет. Мы видим лицо художника, отраженное в зеркале («Автопортрет», 1990-е). Это особое зеркало, усекающее время. Но воля мастера побеждает обстоятельства, раздвигает пределы зеркального пространства.

В рельефе «Два возраста» (1990-е) Цигаль совместил два автопортрета - мечтательного юноши и человека, прошедшего нелегкий жизненный путь. Оба портрета сближает память (символические руки памяти соединяют два профиля). Возрасты едины, в представлении каждого человека они присутствуют параллельно и одновременно.

В композиции «Милосердие» (1989) символические руки соединяют две половины расколотого сердца. Мгновение - два профиля расколотого сердца совместятся, восстановится единое поле бытия.

Вл.Е. Цигаль открыл высокие возможности двойного, совмещенного портрета. В «Двойном портрете» (2003) изобразил себя и своего сына Александра. Совмещены два силуэта. Два уплощенных профильных изображения слегка друг друга заслоняют. За счет различной тонировки два бронзовых портретных силуэта имеют разную светимость, светоносность. И возникает игра тональных переходов, эффект таинственной камеи и диалог в свеченьях глубины. Отец в шутку называл сына д'Артаньяном, подразумевая его задиристость и нрав неукротимый, широту стремлений, желание узнать, увидеть, охватить все больше. Александр хотел поступать на геологический факультет Московского государственного университета. Отец сказал: пойдем вместе, узнаем, какие дисциплины включены в приемные экзамены. Узнали. И было решено поступать в художественный вуз.

Владимир Ефимович всегда был в курсе творческой работы сына, давал конструктивные советы, но был скуп на похвалы, считал, что у Александра свой стиль и свой путь в искусстве.

Виктор Ефимович Цигаль также создал свою версию двойного портрета - запечатлел себя и сына Сергея в пародийно-сказочной композиции. Эстафета кентавров. Умудренный опытом, преодолевший невероятную дистанцию кентавр (автопортрет) передает эстафетную палочку юному кентавру (портрет Сергея). Эстафета творчества продолжается!

Искусство скульптуры и искусство графики пересеклись в творчестве Цигалей. В годы учения в институте братья Владимир и Виктор устраивали своеобразные творческие поединки, карандашные дуэли. Одновременно рисовали друг друга на бумаге, на рулонах обоев.

Владимир Цигаль, прекрасный рисовальщик, тем не менее в этой сфере отдавал пальму первенства брату. («А я пониже ростом был, / Задирист, хуже рисовал, / Зато из бронзы и гранита / Монументы создавал».)

Виктор Цигаль - одновременно и левша, и правша, он с одинаковой легкостью рисовал правой и левой рукой. На протяжении 45 лет существовала «Студия рисунка в Староконюшенном», где по четвергам рисовали друзья-художники - Наум Цейтлин, Виктор Цигаль, Анатолий Кокорин, Михаил Купреянов, Леонид Сойфертис, Макс Бирштейн, Федор Глебов. Собирались в коммунальной квартире, в просторной комнате художницы Ирины Александровны Жданко. Рисовали обнаженную модель по 45 минут и быстрые наброски по 5 минут. Устраивали состязания в мастерстве. Рисовали модель по памяти. Виктор Цигаль усложнял задачу - по памяти и с закрытыми глазами.

...Высокое небо с проявляющимся месяцем, морской простор до горизонта. По кромке прибоя идет художник. На поводке белоснежная статная борзая Диана, в руке художника черная папка с рисунками. Это автопортрет Виктора Цигаля. С черной папкой он не расставался ни при каких обстоятельствах. Его стихия - графические серии, в основе которых натурные рисунки, исполненные карандашом, гуашью, темперой, акварелью.

Серии создавались в Коктебеле и в Москве. Большая серия 1990-х посвящена Арбату, где Цигаль жил с 1936 года. Отсюда он уехал в эвакуацию в Самарканд, здесь был проездом перед отправкой на фронт.

Серии создавались в многочисленных поездках по родной стране, в путешествиях по городам всего мира. Вот краткий перечень поездок - Армения, Кубань, Ненецкий автономный округ, Республика Коми, Алтай (1950-е), Азербайджан (1965), Узбекистан, Белград, Танзания, Куба. Четыре поездки в Дагестан (1959-1961), четыре поездки в Италию (1990-е).

Каждая поездка - интенсивная творческая работа, паломничество в иную жизненную среду, быт, историю, постижение нравов и характеров, обычаев и традиций людей других культур. В.Е. Цигаль свободно, открыто, с энтузиазмом входил в новую среду, знакомился с людьми, рисовал портреты в интерьере и пейзаже, стремился запечатлеть наиболее характерные сцены, праздничные события, труд и повседневный быт, избирал зрелищные пейзажные и архитектурные мотивы. Изображал трудовые будни оленеводов Севера, рыбаков Каспия, народных мастеров-керамистов Дагестана, магистров черного дерева - скульпторов племени Маконде в Танзании. Каждый день прибавлял массу натурных графических композиций. Художник отбирал самые удачные рисунки, дорабатывал их вторично на натуре или по памяти. Серия не планировалась заранее, формировалась в процессе работы. В.Е. Цигаль отсекал лишнее, собирал ансамбль как зрительное целое, как большую картину, состоящую из множества самостоятельных композиций-эпизодов.

Сила графических серий - в многообразии мотивов, непосредственности изображенных сцен. Открываем волшебную черную папку: плавными накатами скользит ткань событий, скользит и увлекает нас в мир необычайный.

Немногие видели, как самоотверженно тренируются, отрабатывают технику артисты цирка - акробаты, гимнасты, жонглеры, дрессировщики. Цигаль видел, изобразил их в серии «Цирк и цирковая школа», восхищаясь мастерством и артистической волей.

Немногие видели, как усердно, ритмично, концентрированно работают керамисты селений Кубачи и Балхары, как мастерски владеют длинными тонкими спицами вязальщицы Дагестана. В.Е. Цигаль видел, изобразил, восхитился их мастерством. Три юные мастерицы-вязальщицы в белых платках возвышаются стройными силуэтами. За ними огромная вертикальная скала с ярусами горного селения. Цигаль говорил, что в Кубачах особая геометрия - пространство развивается по вертикали. В листах серии ландшафты горных селений величественны и монументальны. Дагестанская серия посвящена творчеству как неотъемлемой части самого жизненного уклада жителей селений Кубачи и Балхары.

Виктору Ефимовичу удалось побывать в скульптурной мастерской в Дар-эс-Саламе в Танзании. Хотя в Танзании было запрещено рисовать и фотографировать, Цигаль, как художник, получил разрешение, запечатлел мастеров в творческом процессе. Его поразило умение мастеров работать по воображению, вырезать сложные многофигурные композиции из дерева без эскизов. Они видели будущую вещь и просто, не спеша, преодолевали твердый материал, превращали его в чудных зверей и птиц, в сцены битвы масаев со львами, мистические сцены с шайтаном.

Вдохновившись примером мастеров Макондо, Цигаль сделал композицию в черной акварели «Скульптура Африки» (1975). Прямо на зрителя развернуто стремительное полотно автострады. По обеим сторонам дороги огромные черные маски и гротескные фигуры мистических существ. Великаны, хранители пути, словно движутся плотным строем вдоль автострады. Каков же путь? Это путь фантазии, воображения, творческой интуиции. Это также путь скульптуры, которая стала приоритетной и для Виктора Цигаля.

Мирэль Шагинян на этюдах. Гана. 1970-е
Мирэль Шагинян на этюдах. Гана. 1970-е
Фотография

Африка - один из главных творческих ориентиров семьи Виктора Цигаля. Мирэль была в Африке 16 раз, объездила почти весь континент - Марокко, Алжир, Гвинея, Нигерия, Мали, Уганда, Кения, Гана, Того, Чад. Серия экспрессивных натурных картин - вот Африка в каскаде всех проекций. Мирэль восхищали контрасты Африки - в климате, ландшафте, цветовом строе, в образе жизни и характерах людей. Она писала полотна прямо на натуре, избирала насыщенный, почти фовистский колорит. Из поездок привозила не только живопись, но и изделия африканских мастеров - маски, скульптуры, которые в дальнейшем становились героями красочных натюрмортов.

Виктора Ефимовича Цигаля неизменно увлекала стихия предметных форм. В Коктебеле на гончарном круге он возводил скульптурные кувшины изысканных форм, выкруживал кружки и блюда, которые празднично расцвечивала Мирэль. Кружки неизменно дарились многочисленным друзьям. Работал с металлом и проволокой - зеркала в волшебных рамах с парусниками, люстры, декоративные фонари на цепях и кольцах, скульптурные подсвечники с фигурками зверей, птиц, обитателей морских глубин.

Эффектно и празднично «Зеркало с каретой» (1968). Как ювелирно сделана карета! Как ювелирно исполнены фигурки дамы и возничего! Все детали вручную вырублены из металлических пластин и собраны на деревянном планшете. Далее континиум деталей прочно соединялся сваркой в производственном комбинате на Профсоюзной улице.

Постоянно работая с металлом, В.Е. Цигаль изобрел уникальную авторскую технику скульптурной графики. В листовых выкройках из металла (нелегкая ручная работа) завораживает зрительная игра, пересечение двух зрительных рядов. Силуэт трансформируется в объемную форму и далее вновь в силуэт. Эффект ускользающего, полуоткрытого объема сообщает скульптуре легкость, прозрачность, проницаемость. Сначала макет композиции выклеивался в бумаге. Далее шла очередь металла. Сергей Цигаль вспоминает, что в арбатской двухуровневой квартире у кровати отца стояла табуретка, на ней - плотная подушка и на подушке - наковальня! На этой многострадальной наковальне Виктор Ефимович резал слесарными ножницами и вырубал зубилом из металла пластины и силуэты для будущей скульптуры.

В воздушной графике, в черном металле Цигаль с душевным подъемом творил звучащие легенды. Одна из первых «скульптурографий» посвящена Михаилу Светлову и названа «Легенда» (1982).

«Ночная переправа» (1981), «Первый трактор» (1982), «Красногвардейцы» (1984), «Субботник» (1985), «Великий почин» (1988), «Диспут» (1989). В этих работах есть элемент игры, лубочности. Но за внешней непосредственностью, жанровостью, многоголосием сцен мы ощущаем иное - хрупкость бытия. В скульптурных легендах - размышления художника о драматизме отечественной истории и о вере людей в значимость их труда.

«Великий почин». Дата создания скульптуры - 1988 год. Спустя четыре года художник вспоминал, как возникла эта тема. Его восхитила эпоха. Порыв людей, истерзанных войной и революцией. «Идея - голодные люди поднимают транспорт после войны и разрухи.

Да! На плечах! Гипербола. Поднимают паровоз и несут как символ транспорта страны. <... >

Хочу показать, что люди не прогибаются под тяжестью ноши. Несмотря на невероятное усилие, они идут быстро и трудятся вдохновенно и с верой в необходимость их дела».

Скульптура «Диспут» (1989) пересекла иронию с легендой. Мы видим человека, попавшего на диспут трех богов великих. Христос, Будда и загадочный Ма- сайский бог. О чем же диспут? Вероятно, о том, что боги создали людей, а люди создали богов. Мал человек, но мыслью равен масштабу галактических орбит.

В многочисленных иллюстрациях к детским книжкам В.Е. Цигаль мастерски изображал животных. В книжке Владимира Маяковского «Что ни страница, то слон, то львица» звери привлекают добронравием и заботливостью. Сергей Цигаль говорит, что отец досконально знал и помнил анатомию всех зверей. Мог без всяких справочников нарисовать скелет любого животного, нарастить мышцы, точно передать движения, выразить характер. Лошадей мог рисовать по памяти с закрытыми глазами!

Сергей унаследовал от отца приверженность к графическим искусствам, страсть к путешествиям, к познанию природы в неисчислимом богатстве форм. В отличие от отца, неистового рисовальщика, Сергей избрал иную сферу - артистизм офортных техник.

Сергей окончил Московский государственный университет, географический факультет по специальности «ихтиология». Участвовал в морских научно-исследовательских экспедициях. Параллельно занимался прикладным искусством - авторские ювелирные изделия из металла. Вступил в молодежную секцию МОСХа. Отец сказал: художник должен иметь образование. И, несмотря на то, что в те времена второе высшее образование не приветствовалось, Сергей окончил Московское высшее художественно-промышленное училище (бывшее Строгановское). В работе художника бесспорно «сказали свое слово» полученные в университете знания. Он представляет насекомых как покорителей вершин. Вершин невиданных соцветий!

Графические импровизации Сергея - эффектный стиль и оригинальная футуристическая анималистика. В графике - приемы футуристической живописи. Пересечения фигур, просвечивание фигур, совмещение пространственных планов. Вращающаяся композиция, когда сюжетные сцены идут по всем четырем граням листа и возникает эффект четырех горизонтов. Такой прием часто использовал Давид Бурлюк в живописных полотнах.

Каждый лист - концентрация животных одной группы. Неподражаемы ПантоМимические танцы фламинго и страусов. Экспрессивны сообщества обезьян, собак и тигров. Калейдоскопичны стильные расцветки лягушачьих собраний. Силуэты зверей сплетаются в графические ребусы, арабески, конгломераты подвижных форм, но каждый силуэт отчетлив.

У Сергея - своя неподражаемая Спринт-Анималистика. Динамика ФормоВращений, ФормоРитмов. Это ритмы цивилизации XXI века! Но разве может так быть? Ведь это же анималистика! Или метафористика?

На протяжении веков звери сопровождали и помогали человеку. Посреднически участвовали в медленном и хрупком процессе формирования цивилизаций. Известно, что звери - знаки древних культов. Известно также, что звери обозначают ВРЕМЯ, календарные циклы.

В офортах Сергея есть примечательные сцены. В серии «Случай в Иерусалиме» (2000-2009) собаки и коты внимательно изучают, исследуют и куда-то несут расколотые фрагменты античных колонн разных форматов и ордеров. Кошка на вершине колонны «воздвиглась» как мини-памятник, к ней по скользкому стволу колонны пытаются забраться настырные борзые. А вот еще мотив: фрагменты колонн возносятся к небу, и вместе с ними возносятся все те же борзые.

Есть также анималистический фольклор, или графические басни. Кузнечик философски беседует с двумя лягушками. Кошки расположились на длинных тонких ветках, как птички. Лягушки несут длиннейшего удава - ассоциация с лубочной гравюрой «Как мыши кота хоронили». Но тащат его в две противоположные стороны! Форматы удлиненные вертикальные, удлиненные горизонтальные. Мотивы карнавальных процессий.

В очаровательном листе «Бабочки» (1997) мы видим сказочную экосистему, внештатную эволюцию, где бабочки превратились в сверхбабочек. Кони, верблюды и ослы, прогуливающиеся внизу, оказались меньше легкокрылых.

Триптих «Восхождение на Казбек» (2008). Это нелегкий путь восхождения домашних животных с большой поклажей. Восхождение идет по кругу, по спирали, по повтору. Начало и завершение цикла отмечены абрисом красного коня.

Александр Цигаль после окончания Строгановского училища в 1971 году и после службы в армии на протяжении четырех лет совершенствовал профессиональное мастерство в знаменитом Доме творчества в Дзинтари. В творческие группы стремились попасть художники со всего Советского Союза - из Москвы и Ленинграда, Армении и Грузии, Казахстана и Средней Азии. Совместно работали художники разных поколений, керамисты и скульпторы обменивались творческим опытом.

Александр исполнил в Дзинтари ряд шамотных композиций, где главные герои - среда и ритмы небольшого города. Фрагменты живописных улиц, и череда домов, и панорамы крыш, и затишье внутренних дворов. Художник наблюдал интенсивную творческую жизнь города - концерты, спектакли, выступления музыкантов.

Александр вспоминает свое первое паломничество в Дзинтари. «Я тогда был молодой художник, который опоздал на неделю в Дом творчества в Дзинтари. А там в это время работали потрясающие художники, настоящие. Это были очень серьезные люди - с совершенно другим пониманием искусства, чем общепринятое. И мне надо было срочно что-то сделать, показать, что и я что-то могу, и я с перепугу слепил несколько работ и среди них - Маленького человека с большим сердцем. Эта работа оказалась программной. После смерти Сахарова я подарил ее Елене Боннэр, она сразу сказала: “Это Сахаров", а я не лепил Сахарова, я лепил маленького человека с большим сердцем».

«Маленький человек с большим сердцем» (бронза, рубиновое стекло, гранит, 1974) - большая удача. Цигаль придумал персонажа чуть наивного, доверчивого и абсолютно искреннего. Рубиновое сердце видно всем, поскольку человек стоит перед рентгеновским аппаратом! Рубиновое сердце и всевидящий экран дарованы герою на долгую жизнь. Ныне разработан проект реконструкции здания Уполномоченного по правам человека Российской Федерации, бывшей городской усадьбы Н.М. Каменского (Смоленский бульвар, дом 19, строение 2). Во внутреннем дворе усадьбы предполагается установить скульптуру «Маленького человека» высотой 2,2 метра.

Загадочность, игра и тайна сопутствуют скульптурам Александра. Работа «Адам и Ева» (бронза, гранит; 2014) кажется космогоническим образом мироздания. Фигуры возвышаются под сенью древа познания. Адам очерчен уплощенным силуэтом, фигура Евы материальна и объемна. В основе пирамидальной композиции - крылатый бык, в котором нераздельно совмещены четыре символа евангелистов. Главенствуют эпические ритмы. Крылатый бык напоминает крылатых Шеду, вечно охраняющих священные врата во дворце ассирийских царей.

Художник созидает свой мир сценических героев. «Деревянные лошадки» (бронза, гранит; 1990-е), «Деревянный кораблик» (бронза; 1990-е), «Масленица» (бронза, мрамор; 1992), «Судьба» (бронза, гранит; 2009).

«Деревянные лошадки» - о чем здесь речь? На деревянных мечах, на деревянных лошадках с колесиками сражаются двое - русский ратник и скандинавский рыцарь. Это вражда или игра? Пусть это будет спортивная игра, праздничный потешный турнир. «Деревянный кораблик» - маленький, похож на скорлупку волшебного ореха и тоже на колесиках. На корабле викинги и русский воин. Чтоб дружина достигла дальних стран и берегов, потешная команда должна действовать слаженно.

Вот и «Судьба». Великан плывет на яростном драконе, он держит на своем плече путешественника в парусной лодке. Быть может, это парафраз классического мифа о Святом Христофоре.

Александр первым из династии начал создавать скульптуры на евангельские темы. Он уверен в том, что надо делать то, что не зависит от времени, тогда работы будут иметь долгую жизнь. В 1989 году в Коктебеле он исполнил десять композиций в пластилине на каркасах из виноградной проволоки. Погрузил в багажник машины и привез в Москву. Показал работы отцу и Виктору Цигалю. Виктор Ефимович, обычно критически относящийся к религиозным сюжетам в современном искусстве, работы одобрил и дал деньги на отливку в бронзе.

Цикл евангельских персонажей из серии «Молитва» - опосредованные образы, решенные не канонично, авторски. Но в них есть свой закон, серьезность и сдержанность.

Каждый образ символически значим. «Иоанн Златоуст» (бронза, гранит; 1989) хрупок и уязвим, уста его сомкнуты. Два года жил он в уединенной пещере и сохранял безмолвие. И спрессованная энергия безмолвия трансформировалась в сокровище красноречия.

«Иоанн Креститель» (бронза, гранит; 1991) возвышается на черепахе, чтоб не ожечь стопы о раскаленный песок пустыни. «Архангел Гавриил спешит с благою вестью», но не на гулких крыльях, а на бронзовом коне (бронза; 1991-1992). «Архангел Михаил, победивший дьявола» с кремлевской иконы Симона Ушакова (бронза, гранит; 1989) стоит на уплощенной, вдавленной в землю тени поверженного дьявола. Повержен дьявол, но неистребим. Празднична и царственна «Богоматерь Владимирская» (1988), рельефная икона, исполненная в эффектных, звучных материалах - меди, гальванике, серебре, золоте, эмали. Многие работы серии «Молитва» были приобретены коллекционерами России и европейских стран.

В 1994 году Александр получил государственный заказ на монументальную статую Георгия Победоносца для купола здания Сената в Московском Кремле. Сделал эскизы, их приняли. Показал эскизы отцу, решили работать совместно.

По воле императрицы Екатерины II зодчий Матвей Казаков возвел в Московском Кремле здание Сената. Центральный Екатерининский зал увенчан огромным куполом, который украсила статуя Георгия Победоносца. Во время нашествия Наполеона статуя была утрачена.

По сохранившимся гравюрам Александр воссоздал утраченное произведение. В 1995 году статуя была отлита в бронзе в Германии и вновь возвысилась над куполом Сената. В следующем году на здании Верховного суда РФ была установлена также исполненная Александром Цигалем в соавторстве с отцом статуя «Правосудие». А. Цигаль участвовал в восстановлении скульптурного убранства Храма Христа Спасителя в Москве: сделал фигуры надвратных ангелов для Восточного входа.

Неожиданный, необычный бронзовый памятник собаке. Да еще в метро! Да еще вблизи турникетов, сквозь которые проходит непрерывный поток людей! Да еще все прикасаются к носу собаки, что, как говорят, приносит удачу. Необычный памятник «Сочувствие» был открыт 17 февраля 2007 года в подземном переходе у станции метро «Менделеевская». На низком постаменте, почти вровень с полом, бронзовая скульптура собаки и надпись на постаменте: «Сочувствие. Посвящается гуманному отношению к брoдячим животным». Камерный памятник в метро стал общим проектом династии Цигалей. Александр привлек к работе Сергея, помогали Виктор Ефимович и Владимир Ефимович. В проекте участвовали архитектор Андрей Налич и дизайнер Петр Налич.

Памятник установили спустя шесть лет после произошедшего на этом месте драматического события. Бродячий пес по кличке Мальчик несколько лет жил в переходе станции метро «Менделеевская» и не пускал в переход других собак. Он был любимцем многих местных жителей и продавщиц местных киосков. Инцидент произошел в декабре 2001 года, когда собаковод Юлиана Романова зашла в подземный переход вместе со своим стаффордширским терьером. Собаки сцепились, владелец торговых палаток по имени Мамука пытался их разнять, Юлиана выхватила из сумки нож и заколола Мальчика.

17 января 2002 года в газете «Известия» появился материал журналистки и борца за права животных Ирины Озерной «Убили Мальчика. Трагедия в московской подземке». Появились и другие публикации в прессе, что вызвало общественный резонанс. Журналистка Ирина Озерная и адвокат Екатерина Полякова выступили инициаторами уголовного процесса против Романовой.

Группа зоозащитников и мастеров искусств направила письма в адрес руководителей страны с требованием наказать Юлиану Романову. Против нее было возбуждено уголовное дело по факту жестокого обращения с животными, и она была направлена на принудительное лечение в психиатрическую больницу сроком на один год.

По предложению Ирины Озерной и при содействии артистов эстрады и театральных деятелей начался сбор средств на создание памятника. Был создан совет попечителей, который возглавила певица Елена Камбурова. В совет вошли многие известные деятели культуры - Аркадий Арканов, Белла Ахмадулина, Элина Быстрицкая, Валентин Гафт, Геннадий Гладков, Евгений Евтушенко, Фазиль Искандер, Людмила Касаткина, Анатолий Ким, Андрей Макаревич, Ольга Остроумова, Любовь Полищук, Юрий Соломин, Юрий Шевчук, Юрий Яковлев.

И вот многолюдное торжественное открытие. Присутствуют 16 телеканалов. Участвуют Елена Камбурова, Сергей Юрский, Людмила Касаткина, Андрей Макаревич, Вениамин Смехов, Олег Анофриев, Михаил Ширвиндт. Камерный памятник становится широко известным. Александр Цигаль дает многочисленные интервью, участвует в телепрограммах. Объединение московских скульпторов отмечает работу Цигалей как одно из лучших произведений 2007 года.

Пронзительна и символична выставка Александра Цигаля «Мишени», проходившая летом 2017 года в Международном Мемориале (Москва, Каретный ряд, 5/10). Проект универсален, охватил значительную часть творчества художника - портреты, композиции, мемориальные памятники и мемориальные знаки. Проект сконцентрировал центральную идею его творчества. В истории противоборствуют силы созидания и разрушения. Время целится в человека, и человек, сам того не ведая, становится мишенью.

Работая над статуей Святого Себастьяна - классический сюжет европейского искусства, - Александр ощутил губительную неотвратимость «простреливаемости». Художник понял, что есть много людей, которые в жизни оказались «мишенями». Среди них Николай Гумилев, Александр Грин, Осип Мандельштам, Даниил Хармс, Сергей Есенин.

Александр Цигаль делал портреты этих людей.
Драматизм портретов - в невидимых, беззвучно проскальзывающих стрелах.
Драматизм портретов - в самой радикальной пластической форме.

В скульптуре «Святой Себастьян» (2014) Александр впервые использовал плоскую форму, метод спила, словно фигура силуэтно вырезана из доски. Спил - идеальная плоскость мишени, но это также и щит, преграда, защита. Парадоксален эффект «плоского» Святого Себастьяна - в него вонзаются стрелы, но кажется, что он неуязвим для стрел, ибо «спил» предохраняет тело.

Портрет Осипа Мандельштама (2016). Черный металл, перекрестье двух силуэтов. ПРОФИЛЬ И ФАС, как на фотографиях репрессированных. На черном фоне почти не просматриваются черты лица, но мы угадываем выражение глаз. Перекрестье - это пропуск формы и многократное ее усиление. Силуэтный черный профиль режет пространство, человек превозмогает скованность, противодействует невидимым стрелам.

В контраст всепоглощающему черному металлу в портрете Мандельштама крестный портрет Даниила Хармса (2000) исполнен в сверкающей, зеркально полированной латуни. Подойдя близко, мы видим свое отражение в слепящей полированной поверхности. Мы прикованы к своему отражению, как наваждению. Во всех четырех плоскостях оно нас преследует. Как избавиться от отражения!

Лицо Хармса - только плоский профиль. А что же фас? Он вытеснен, он замещен фигурой бегущего гротескного человека. Бегущий - это шок, психологический шок человека, которому некуда деться. Он не может уйти от преследования. Чтобы избежать расстрела, Хармс симулировал сумасшествие. Военный трибунал приговорил его к содержанию в психиатрической больнице. Он умер в психиатрической больнице 2 февраля 1942 года во время блокады Ленинграда.

Не менее трагичен портрет Александра Грина. Фигура уплощена, и бронза окрашена в сакральный белый цвет (крашеная бронза, гранит; 1970-1999). Он к нам обращается, неуверенно протягивает руку для рукопожатия. Грин умер в 1932 году в Старом Крыму от голода и болезней. Его перестали публиковать, Союз писателей отказал в пенсии.

Два возраста в портрете Николая Гумилева (бронза, жильчатый мрамор, черное железо; 1989). Контрастно стыкованы две половины лица. Он воин и поэт. На правом плече гражданская одежда, на левом - военная форма, два Георгиевских креста за доблестную службу командиром роты конной разведки. Он старше - он моложе. Сам Гумилев говорил, что всегда ощущает себя четырнадцатилетним юношей.

Александр Цигаль, Сергей Цигаль открывают памятник «Сочувствие». 17 февраля 2007 года
Александр Цигаль, Сергей Цигаль открывают памятник «Сочувствие». 17 февраля 2007 года.
Подземный переход у станции метро «Менделеевская». Фотография

Александр разработал совершенно новую форму графического мемориального знака, вмонтированного в тротуар. Действенность такого знака не меньшая, чем у объемной скульптуры. Знаки вошли в экспозицию выставки «Мишени».

Впечатляют два проекта – памятный знак Борису Немцову, памятный знак Станиславу Маркелову и Анастасии Бабуровой.

По замыслу, панно (260 . 430 см) устанавливается на месте убийства Бориса Немцова на Москворецком мосту в Москве. Оно монтируется заподлицо с поверхностью асфальта и выкладывается из серых каменных блоков. Силуэт и надпись: «На этом месте 27.02.2015 был убит Борис Немцов» выполняются в бронзе и врезаются в каменную плоскость. Условное изображение мишени из темно-серого гранита монтируется в панно в технике флорентийской мозаики.

Памятный знак Станиславу Маркелову и Анастасии Бабуровой предполагается разместить в нескольких метрах от места убийства, возле дома по адресу: ул. Пречистенка, д. 1 («Белые палаты», памятник архитектуры XVII века). Силуэты мужчины и женщины лежат в плоскости тротуара. Один, прозрачный и прорисованный лишь контуром, символизирует Маркелова. Другой, полностью бронзовый, обозначает Бабурову.

Оригинален проект памятного знака, посвященного «Бульдозерной выставке» 1974 года. Фигурки художников с картинами исполнены в прозрачном акриле. Фигурки прозрачны, бестелесны, проницаемы и беззащитны перед надвигающимся на них громадным бульдозером.

Более двадцати лет, с 1991 до 2012 года, Владимир Ефимович Цигаль руководил созданной им Творческой мастерской скульптуры Российской академии художеств. В 2013 году руководство мастерской принял сын Владимира Ефимовича - Александр Владимирович Цигаль. За эти годы творческую мастерскую окончили более 50 человек. Владимир Ефимович создал целое направление, школа Цигаля - значительное явление современной культуры. Большинство учеников Владимира Ефимовича и Александра Владимировича ныне стали известными мастерами, ведущими скульпторами, активно участвующими в современном художественном процессе.

Творческая деятельность династии Цигалей непосредственно связана с Российской академией художеств. Владимир Ефимович и Виктор Ефимович были действительными членами Академии, Александр Владимирович Цигаль - член президиума РАХ, академик-секретарь отделения скульптуры.

АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ в соавторстве с ВЛАДИМИРОМ ЦИГАЛЕМ. Статуя Георгия Победоносца на куполе здания Сената в Московском Кремле. 1995
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ в соавторстве с ВЛАДИМИРОМ ЦИГАЛЕМ. Статуя Георгия Победоносца на куполе здания Сената в Московском Кремле. 1995
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ в соавторстве с ВЛАДИМИРОМ ЦИГАЛЕМ.
Статуя Георгия Победоносца на куполе здания Сената в Московском Кремле. 1995
Бронза, литье. 350 × 300 × 160

Иллюстрации

ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Под горой Колдун. 1943
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Под горой Колдун. 1943
Бумага, тушь, кисть
Владимир Цигаль за работой над портретом Д.М. Карбышева. 1966
Владимир Цигаль за работой над портретом Д.М. Карбышева. 1966
Фотография
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Памятник Герою Советского Союза генерал-лейтенанту Д.М. Карбышеву. 1961
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Памятник Герою Советского Союза генерал-лейтенанту Д.М. Карбышеву. 1961
Мрамор. Высота – 385. Архитектор Н.А. Ковальчук. Маутхаузен, Австрия
На торжественном открытии монумента «Малая земля». 1982
На торжественном открытии монумента «Малая земля». 1982
Новороссийск. Фотография
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Монумент «Малая земля». 1982
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Монумент «Малая земля». 1982
Архитекторы Я.Б. Белопольский, Р.Г. Кананин, В.И. Хавин. Новороссийск
Владимир Цигаль после высадки десанта на Малую землю. 1943
Владимир Цигаль после высадки десанта на Малую землю. 1943. Фронтовая фотография
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Десантник Жора Карпин. 1943
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Десантник Жора Карпин. 1943
Из фронтового альбома. Бумага, тушь, перо
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Три друга. Из серии «Рисунки военных лет». Из фронтового альбома. 1943–1945
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Три друга
Из серии «Рисунки военных лет». Из фронтового альбома. 1943–1945
Бумага, карандаш
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. По фронтовой дороге. Из серии «Рисунки военных лет». Из фронтового альбома. 1943–1945
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. По фронтовой дороге
Из серии «Рисунки военных лет». Из фронтового альбома. 1943–1945
Бумага, карандаш, черная акварель
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Десантник О. Джаяни. 1943
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Десантник О. Джаяни. 1943
Из фронтового альбома. Бумага, тушь, перо
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Гвардии сержант Свиридов Н.С. Из серии «Рисунки военных лет». Из фронтового альбома. 1943–1945
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Гвардии сержант Свиридов Н.С.
Из серии «Рисунки военных лет». Из фронтового альбома. 1943–1945
Бумага, карандаш
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Памятник Герою Советского Союза Рихарду Зорге. 1981
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Памятник Герою Советского Союза Рихарду Зорге. 1981
Бронза, гранит. Высота – 460. Архитекторы Р. Алиев, Л. Павлов, Ю. Дубов. Баку. Фотография
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Железнодорожная насыпь. 1943
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Железнодорожная насыпь. 1943
Бумага, тушь
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Великий Почин. 1988
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Великий Почин. 1988
Черный металл. 151 × 31 × 54
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Первый трактор. 1982
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Первый трактор. 1982
Металл. 117 × 31 × 54. Херсонский художественный музей
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. В порту. Новороссийск. 1943
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. В порту. Новороссийск. 1943
Бумага, карандаш
Виктор Цигаль. 1943–1944
Виктор Цигаль. 1943–1944
Фронтовая фотография
МИРЭЛЬ ШАГИНЯН. Гвинея. Дети и женщины у океана. 1960
МИРЭЛЬ ШАГИНЯН. Гвинея. Дети и женщины у океана. 1960
Картон, темпера. 97 × 64. Собственность семьи художника
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Вязальщицы села Кубачи. Из серии «Дагестан». 1959–1961
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Вязальщицы села Кубачи. Из серии «Дагестан». 1959–1961
Бумага, темпера. 106,5 × 55,7. ГТГ
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Художница-гончар из села Балхар. Из серии «Дагестан». 1959–1961
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Художница-гончар из села Балхар. Из серии «Дагестан». 1959–1961
Бумага, темпера. 75 × 85. ГТГ
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Итальянский пейзаж. 1990
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Итальянский пейзаж. 1990
Бумага, акварель. 35 × 47. Собственность семьи художника
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Мирэль. 1954
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Мирэль. 1954
Холст, масло. 35 × 50. Собственность семьи художника
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Александр Грин. 1999
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Александр Грин. 1999
Бронза крашеная, гранит. 114 × 30 × 30. Авторский экземпляр
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Памятник Сергею Есенину в Москве. 1972
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Памятник Сергею Есенину в Москве. 1972
Бронза. Высота – 350. Архитекторы Ю. Юров, С. Вахтангов. Фотография
В мастерской Генри Мура. Слева направо: Олег Комов, Генри Мур, Владимир Цигаль, Юрий Чернов. 1981
В мастерской Генри Мура. Слева направо: Олег Комов, Генри Мур, Владимир Цигаль, Юрий Чернов. 1981
Фотография
Виктор Цигаль в мастерской, в квартире на Арбате. 1991
Виктор Цигаль в мастерской, в квартире на Арбате. 1991
Фотография
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Двойной портрет. 2003
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Двойной портрет. 2003
Бронза. 35 × 30 × 20. Собственность семьи художника
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Сережа. Весна в Коктебеле. 1956
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Сережа. Весна в Коктебеле. 1956
Холст, масло. 66 × 90. Собственность семьи художника
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Автопортрет с Дианой. 1984
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Автопортрет с Дианой. 1984
Холст, масло. 108 × 70. Собственность семьи художника
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Cемья акробатов. 1970–1975
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Cемья акробатов. 1970–1975
Из серии «Цирк и цирковая школа». Бумага, темпера. 58 × 84
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Цирковая лошадь. 1977
ВИКТОР ЦИГАЛЬ. Цирковая лошадь. 1977
Металл, латунь. 37 × 65 × 70. ГТГ
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Шпион. 2003
ВЛАДИМИР ЦИГАЛЬ. Шпион. 2003
Бронза. 52 × 31 × 19. Собственность семьи художника
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Николай Гумилев. 1989
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Николай Гумилев. 1989
Бронза, жильчатый мрамор. 62 × 26 × 18. ГТГ
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Мандельштам. 2016
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Мандельштам. 2016
Металл. 60 × 40 × 40. Авторский экземпляр
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Адам и Ева. 2014
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Адам и Ева. 2014
Из цикла «Молитва». Бронза, гранит. 90 × 50 × 30. Авторский экземпляр
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Деревянные лошадки. 1990
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Деревянные лошадки. 1990
Бронза, гранит. 60 × 56 × 21. Авторский экземпляр
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Иоанн Златоуст. 1989
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Иоанн Златоуст. 1989
Бронза, гранит. 51 × 15 × 15. Два экземпляра: авторский и в частной коллекции
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Борис и Глеб конные – первые русские cвятые. 1989
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Борис и Глеб конные – первые русские cвятые. 1989
Из серии «Молитва». Бронза, гранит. 50 × 19 × 40. Шесть экземпляров: два – авторских, четыре – в частных коллекциях
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Богоматерь Владимирская. 1988. Из серии «Молитва»
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Богоматерь Владимирская. 1988. Из серии «Молитва»
Рельеф в окладе. Медь, гальваника, серебро, золото, эмаль, дерево. 42 × 30 × 5. Авторский экземпляр
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Судьба. 1997
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Судьба. 1997
Бронза, гранит. 70 × 50 × 30. Авторский экземпляр
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Маленький человек с большим сердцем. 1974
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Маленький человек с большим сердцем. 1974
Бронза, рубиновое стекло, гранит. 36 × 10 × 10. Семь экземпляров: два авторских, пять в частных и музейных коллекциях
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Святой Себастьян. 2014
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Святой Себастьян. 2014
Из цикла «Мишени». Бронза, гранит, железо. 72 × 27 × 36. Авторский экземпляр
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Даниил Хармс. 2000
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Даниил Хармс. 2000
Полированная латунь, гранит. 70 × 40 × 40. Авторский экземпляр
СЕРГЕЙ ЦИГАЛЬ. Птицы и мотоциклы. 2008
СЕРГЕЙ ЦИГАЛЬ. Птицы и мотоциклы. 2008
Смешанная техника. 61 × 86. Собственность автора
СЕРГЕЙ ЦИГАЛЬ. Коты. 2008
СЕРГЕЙ ЦИГАЛЬ. Коты. 2008
Смешанная техника. 61 × 86. Собственность автора
СЕРГЕЙ ЦИГАЛЬ. Из серии «Случай в Иерусалиме». 2000–2009
СЕРГЕЙ ЦИГАЛЬ. Из серии «Случай в Иерусалиме». 2000–2009
Офорт. Трав. штрих, открытое травление, акватинта, конгрев. 27 × 88. Собственность автора
СЕРГЕЙ ЦИГАЛЬ. Триптих «Восхождение на Казбек». 2008
СЕРГЕЙ ЦИГАЛЬ. Триптих «Восхождение на Казбек». 2008
Правая часть. Смешанная техникa. 61 × 86. Собственность автора
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Мемориальный памятник актрисе Любови Полищук. 2010
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Мемориальный памятник актрисе Любови Полищук. 2010
Богемский хрусталь, гранит. Высота с колонной – 230. Москва, Троекуровское кладбище
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Мемориальная доска народному художнику СССР, академику Д.А. Шмаринову. 2015
АЛЕКСАНДР ЦИГАЛЬ. Мемориальная доска народному художнику СССР, академику Д.А. Шмаринову. 2015
Бронза. Архитекторы Е.В. Полянцев, В.Е. Полянцев. Москва, улица Беговая, дом №7

Вернуться назад

Теги:

Скачать приложение
«Журнал Третьяковская галерея»

Загрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в App StoreЗагрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в Google play