Бесконечное удовольствие

Джулиан Барран

Рубрика: 
НАШИ ПУБЛИКАЦИИ
Номер журнала: 
#3 2009 (24)

Известный английский коллекционер и артдилер Джулиан Барран, многие годы проработавший аукционистом в Sotheby’s и специализировавшийся на продажах Дягилевского наследия, летом 2009 года отметил 100-летие «Русских сезонов»: он выставил в лондонской галерее The Daniel Katz свою коллекцию оригинальных костюмов, винтажных фотографий и эскизов театральных костюмов, созданных талантливейшими сподвижниками Сергея Дягилева. Специально для журнала «Третьяковская галерея» Джулиан Барран делится воспоминаниями о своем знакомстве с людьми, благодаря энтузиазму которых сохранились многочисленные материалы, связанные с балетными спектаклями прославленной труппы, а также представляет избранные экспонаты из своей коллекции.

Разумеется, я никогда не видел балетных постановок Дягилева или де Базиля. Когда мне было 13 лет, моя бабушка, родившаяся в 90-х годах XIX века, рассказывала, что видела на сцене Нижинского.

Мой прадед Джеймс Туойи был журналистом и парламентским корреспондентом, благодаря чему часто получал билеты в Ковент-Гарден. До 1914 года бабушка вполне могла вместе с ним бывать на выступлениях дягилевского балета. Я знаю, что моя мать ходила на балетные спектакли в период между двумя мировыми войнами и восхищалась выступлениями Леонида Мясина. Позднее она рассказывала мне, как великолепно Мясин танцевал в «Голубом Дунае».

Первый раз я увидел балет в Ковент-Гардене. Это был «Ромео и Джульетта» с Марго Фонтейн в роли Джульетты и Рудольфом Нуриевым, танцевавшим партию Ромео. Я имел опыт исполнения роли Ромео в школьной постановке Шекспира. Но партия Ромео в балете показалась мне гораздо более убедительной. После этого мне довелось не раз видеть Фонтейн и Нуриева в разных спектаклях. Это были 1960-е — период расцвета свинга в Лондоне.

Моим первым рабочим местом стала лавка антиквара на Кингз Роуд в Челси. После этого я проработал около месяца швейцаром в Лондонском аукционном доме Sotheby's и получил предложение поучаствовать в подготовке аукциона по продаже костюмов и декораций, использовавшихся в балетных постановках Дягилева и де Базиля. Моим начальником и покровителем стал барон Тило фон Вацдорф — молодой человек из Германии, обучавшийся балетному мастерству у Бежара, а его старший брат был женат на дочери Мясина. Вацдорф к тому же был близким другом Нуриева.

Тило отлично подходил на роль организатора торгов несметного числа балетных костюмов и предметов декора, принадлежавших фонду Дягилева и де Базиля, продажа которых была поручена Sotheby's.

Идея проведения торгов возникла в 1967 году. Некто Вера Боуэн связалась с домом Sotheby's с целью попытаться продать попавшие к ней оригинальные костюмы. Как оказалось, это были одни из лучших костюмов танцоров дягилевского «Русского балета». Она получила их в качестве оплаты за перевод мемуаров Сергея Григорьева «Балет Дягилева. 1909—1929». Поскольку некоторые костюмы были созданы Пикассо для балета «Парад», а остальные — другими работавшими в ХХ веке художниками, в том числе Леоном Бакстом, в Sotheby's решили, что продажей займется отдел импрессионизма и современной живописи. Тило фон Вацдорф и руководитель отдела Мишель Штраус собрали для аукциона по продаже этих костюмов еще и великое множество других реликвий «Русского балета», включая графические портреты, акварельные эскизы костюмов, партитуры балетов, оригиналы контрактов с танцорами, бронзовые статуэтки балерин и другие заботливо сохраненные предметы. Был организован благотворительный вечер в Королевской балетной школе, который почтила своим присутствием Ее Королевское Высочество принцесса Маргарита. Торги прошли с большим успехом.

Вскоре после столь успешного аукциона в Sotheby's появился странноватый пожилой грек по имени Антоний Диамантидес. Он оказался председателем фонда балетов Дягилева и де Базиля. Эта благотворительная организация занималась поддержкой ушедших на пенсию танцоров, хореографов и сотрудников балетных компаний, прекративших свою деятельность. Из-за недостатка средств фонд столкнулся с серьезными финансовыми проблемами, и единственной имевшейся в его распоряжении реальной ценностью оставались балетные костюмы и декорации самых ранних постановок. Под впечатлением от успеха балетных торгов 1967 года Диамантидес рассчитывал, что сможет продать хранившиеся в его фонде тысячи костюмов и десятки декораций. Ему понадобились немалые деньги хотя бы для того, чтобы расплатиться за многолетнее хранение на складе костюмов и декораций. На эти цели немедленно выделили деньги в счет будущих продаж, так как директоры Sotheby's, воодушевленные успехом Вацдорфа, были уверены, что реализация такого необычного товара принесет хорошую прибыль.

Моему участку работы предшествовал колоссальный труд других сотрудников Sotheby's: они перебрали сотни ящиков, извлекли из них и определили назначение тысяч костюмов; отобрали предметы, подходящие для фотосъемки; выбрали для их демонстрации моделей из числа студентов Королевской балетной школы; составили каталог этих необычных костюмов. Аукцион был назначен на вечер 17 июля 1968 года в лондонском театре «Скала».

В мою задачу входило помочь собрать воедино внесенные в каталог костюмы, которые должны были быть выставлены в доме эпохи Эдварда в Найтсбридж. До демонстрации на выставке эти костюмы хранились на складе в западной части Лондона. Я осознал всю сложность стоявшей передо мной задачи, попав в просторное помещение на втором этаже склада. Мой взгляд не мог целиком охватить бесконечные ряды металлических стоек, на которых висели тысячи костюмов. Под вешалками стояли сотни плетеных корзин, набитых до отказа всевозможными аксессуарами: туфлями, коронами, шляпами, чулками, пуантами и другими элементами сценических костюмов, назначение которых сразу определить было непросто.

Я с ужасом подумал о том, что не смогу отличить костюмы, созданные по эскизам Бакста, от тех, которые придумали Гончарова и Ларионов. Их было такое количество! Моя работа по подготовке этой выставки свела меня с одним из величайших сподвижников Дягилева Ричардом Баклом.

Ставший моим другом Ричард Бакл, которого впоследствии я проводил в последний путь, был крупнейшим экспертом по дягилевским балетам. В 1954—1955 годах он организовал выставку «Балеты Дягилева» в Эдинбурге и Лондоне. Эта выставка послужила эталоном для всех последующих выставок, посвященных балетному искусству. Позднее Бакл написал биографию Дягилева, а потом — и Нижинского. В 1967 году в ходе подготовки первого аукциона он приезжал в Париж, чтобы провести оценку огромной коллекции костюмов, которые Sotheby's предстояло выставить на торги. Бакл собственноручно внес каждый лот в каталог, следил за всеми фотосессиями, связывался с многочисленными бывшими танцорами, с родственниками и потомками хореографов, музыкантов, композиторов и исполнителей. Он фактически руководил Дягилевским аукционом Sotheby's, так как никто другой не смог бы так вдохновить покупателей, особенно тех, кто приобретал экспонаты для пополнения музейных коллекций: многие из проданных тогда предметов сейчас можно увидеть в Музее Виктории и Альберта. Ему удалось привлечь средства для того, чтобы занавес работы Пикассо к балету «Голубой экспресс» остался в Великобритании, и это стало его истинным триумфом. Эта работа сейчас выставлена в Третьяковской галерее.

Я прекрасно помню вечер 17 июля 1968 года. Аукцион проходил в театре «Скала» на улице Charlotte в Лондоне.

Сейчас этого здания уже нет, но в тот вечер театр наполнился шумным волнением, словно в день премьеры. Аукцион был объявлен как мероприятие в рамках Лондонского театрального сезона. Кто только там ни присутствовал: звезды балета, актеры, продюсеры, художники и директоры музеев. Все самые популярные в Лондоне представители эпохи свинга пришли на аукцион.

Успех был невероятный! Все костюмы, распределенные на аукционе по категориям, демонстрировались на сцене студентами Королевской балетной школы. Они выходили на сцену под звуки музыки из соответствующих спектаклей. Каждый исполнял небольшой фрагмент танца, а затем оставался на сцене в эффектной позе вплоть до финального удара молотка, знаменовавшего продажу лота. После этого они, танцуя, покидали сцену. Торги проходили почти четыре часа, но это было поистине волшебное зрелище.

Благодаря моему участию в балетных аукционах мне удалось познакомиться с Мясиным, Долиным, Марковой, племянницами Льва Бакста, дочерью Александра Бенуа и многими другими.

Я приобрел богатейший опыт и знания и получил бесконечное удовольствие. В заключение хотел бы пожелать большого успеха выставке в Третьяковской галерее.

Illustrations

Вацлав Нижинский в роли раба в балете «Павильон Армиды». 1909
Вацлав Нижинский в роли раба в балете «Павильон Армиды». 1909
Фото: Барон Адольф де Мейер. Estate of Lillan Ahlefeldt. Предоставлено Дж. Барраном
Жан КОКТО. Дягилев и Лифарь. 1928
Жан КОКТО. Дягилев и Лифарь. 1928
Бумага, карандаш. Монте-Карло. Предоставлено Дж. Барраном
Анри МАТИСС. Костюм мандарина к балету И. Стравинского «Песня соловья». 1920
Анри МАТИСС. Костюм мандарина к балету И. Стравинского «Песня соловья». 1920
Костюм был продан на первом Дягилевском аукционе Sotheby’s 17 июля 1968 года. Предоставлено Дж. Барраном
Пабло Пикассо и его помощники, сидящие на занавесе к балету «Парад». 1917
Пабло Пикассо и его помощники, сидящие на занавесе к балету «Парад». 1917
Фото. Автор неизвестен. Предоставлено Дж. Барраном
Михаил ЛАРИОНОВ. Круг избранных. 1915
Михаил ЛАРИОНОВ. Круг избранных. 1915
Карикатура на Мисю Серфа, Сергея Дягилева, Игоря Стравинского, Эрнста Ансермета и Леонида Мясина. Бумага, тушь, карандаш. Предоставлено Дж. Барраном

Вернуться назад

Теги:

Скачать приложение
«Журнал Третьяковская галерея»

Загрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в App StoreЗагрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в Google play