Вызов Времени

Галина Плетнева

Рубрика: 
ВЫСТАВКИ
Номер журнала: 
#4 2009 (25)

Единственный способ понять и оценить поиски современной творческой молодежи - обратиться к последнему десятилетию прошлого века. Оно ознаменовало некий порог, за которым последовала смена идеологических и творческих ориентиров. Пришедшая на художественную сцену генерация ощутила себя брошенной в водоворот рухнувших ценностей. В творчестве нового поколения деятелей искусства деструктивность как характерная черта переломного периода обернулась разорванностью художественного сознания, отсутствием консолидированности в индивидуальных и групповых устремлениях. Неустойчивое состояние этого социума по большей мере дрейфовало в сторону частных вкусовых пристрастий и впитывало апокалипсические идеи.

Между тем творческая жизнь не остановилась, а последствия общественного сдвига не завели историю в тупик. В движении времени выковывались ценности созидания, и в бушующем океане противоборствующих концепций они стали для художников чем-то вроде спасательного круга. Вектор обнадеживающих тенденций поддерживают идеи, связанные с переменами в общественной психологии, с заменой протестного начала созидательными интегративными ценностями.

Стабильность такого процесса зависит от устойчивости измененных и вступивших в силу приоритетов. Всеохватность — черта наших дней. Для основных элементов, составляющих интеллектуальный резерв, не нашлось альтернатив. Импульс созидания требует от художника сугубо индивидуального выбора, тем самым значение профессионализма получает куда более широкое толкование, нежели традиционное представление об уроках школы. Очищение творчества от нравственного релятивизма, коммерческого расчета и узкого прагматизма становится катехизисом профессиональной деятельности молодых авторов, которым выпала роль ответить вызовам времени.

Если есть некая психологическая закономерность в формировании лица нового поколения, то она не сводится к личной одаренности и готовности к выбору авторитетов. Это действительно важные компоненты становления творческой личности, однако должен быть отмечен еще и некий модулятор профессии, зависящий от престижности избранного рода занятий. Не будет большим откровением утверждать, что за последние годы причастность к художественной деятельности оказалась подвержена воздействию понижающего фактора. В силу ряда причин общество готово удовлетвориться крайне небольшим числом служителей муз, разноцветию талантов оно предпочитает не более двух-трех кумиров.

Фоном для подобного «самоограничения» общества служит безудержное превознесение феномена предпринимательства. А поскольку дарование художника имеет иную природу, процессы маргинализации художнической деятельности неизбежно сказываются на самооценке неокрепшей личности. Это создает для молодых авторов серьезные препятствия на пути к осознанию своей причастности к новому времени. Сегодня бросается в глаза усиление у молодежи индивидуалистской мотивации и творческих амбиций. Последнее особенно важно, ибо служит одним из препятствий на пути вездесущей коммерциализации. И действительно, от выставки к выставке все более заметны весьма разнообразные проявления творческой индивидуальности.

Не беремся утверждать, что все узлы развязаны. Проблемы остаются. Они касаются главным образом попыток обретения глубинных смыслов высказывания, стилистической определенности формальных поисков. При этом время сознательного тиражирования художественных традиций закончилось. Поскольку поиски молодых творцов вступают в резонанс с актуальным состоянием социума, оценка молодежной выставки не может ограничиваться узкими критериями профпригодности. Нужны новые показатели качества, которые в совокупности индивидуальных проявлений окажут влияние на характеристику современного статуса молодежных выставок.

Случавшиеся время от времени яркие дебюты давали основание для надежды, что сегодняшние выступления окажутся сопоставимы со знаменитыми молодежными выставками 1950-х, 1960-х и 1970-х годов. Однако новоявленные «знаменитости» не стремились укреплять имидж всего сообщества, рассматривая молодежную площадку лишь как трамплин для карьеры (вступления в союз, участия в групповых выступлениях, персональных показов). Положим, творчество отдельных авторов едва ли пострадало от подобного пренебрежения. Однако этого нельзя сказать об эффективности цеховой среды, а ведь ее-то и призваны восстановить и сформировать молодежные выставки. Последние пока что не обрели репутацию, позволяющую говорить о них как о чутком резонаторе социальных настроений. Подобные выставки скорее по старинке идентифицируются с вузовскими отчетами, и это, по нашему мнению, объяснимо: нынче на молодежных смотрах нет работ, «цепляющих за живое». Поневоле начинаешь испытывать ностальгию по тем временам, когда работа молодого автора становилась событием в профессиональной среде. Все лучшее из молодежных дебютов ХХ века вошло в историю отечественного искусства, ибо тогда юные творцы смело брали на себя ответственность за свободу самовыражения. Произнести заветное слово и, «не ломая себя», стать заметными в социуме им помогали помимо сильного характера и индивидуальной одаренности известные феномены общественного сознания: успехи молодежных выступлений идентифицировались с надеждами на благотворные перемены. Сегодня нет такой «структуры ожидания»: в наше противоречивое время акцию молодых не склонны рассматривать как самостоятельное начало. Из этого следует одно: позиция поколения должна быть прояснена, а слово — услышано. В этом заинтересован художник, а в еще большей степени — общество.

Чего конкретно недостает нынешней творческой молодежи для достижения успеха? Ответ на такой вопрос можно дать лишь с учетом контекста наметившихся художественных тенденций. Отмеченная нами креативность, привлекающая разнообразием индивидуальностей, оставляет тем не менее двойственное впечатление. Так, пластические решения авторов изобилуют недопроявленными концепциями. В их подходах недостает концентрированных волевых усилий. А процесс выработки формы парадоксальным образом выдает внутреннюю борьбу, отмеченную сочетанием неуверенности и смутного стремления сотворить чудо...

Творческий процесс начинается с простых вещей — с выбора художником своего предмета, а еще точнее — с возникновения заинтересованности, которая сопутствует опыту неординарного образного воплощения. Притягательный художественный образ можно воплотить в самых разных ипостасях: от фигуративной сюжетности до чистой абстракции. Чрезмерный пиетет по отношению к классическому или недавнему наследию нередко излишен. Парадоксальная, на наш взгляд, идентичность разностилевых по своей сути образов обусловлена общим для ряда молодых авторов увлечением чисто формальным подходом.

Пластический выбор — трудный путь к познанию, а выстраивание парадигмы образа — задача глубоко индивидуальная. На состоявшейся в Новом Манеже 30-й выставке молодых художников Москвы интересную интерпретацию сказанного представил Егор Плотников в картине «Старая площадь»: историческое и современное лицо города воспринимаются как органически слитная реальность. В работе Марии Шаровой «Качели» метафорическая суть образа реализуется в единстве пространственно-цветовой и ритмически-конструктивной основ. Форсированного напряжения композиции добивается Татьяна Чурсина в картине «Ветер». Экспрессия фигур, подчеркнутая монохромностью художественного решения, усиливает витальную основу живописи. На полотне «Мясник» Дмитрия Окружнова в мрачно разверзнутом пространстве сталкиваются две сущности, две фигуры — человек и распятая туша. Трагический смысл этого поединка выходит за пределы сюжетного действия. Цветовые контрасты выразительны. Время проецируется на символическое звучание красного и черного. Метафорическая сущность содержит в себе некую социально-психологическую характеристику.

Особого внимания заслуживает тенденция, связанная с разработкой декоративной структуры. Успехи на этом пути дают повод признать эмоциональную прерогативу пластического языка, которая в условиях метафорической образности оказывается органичной средой для приложения формальных поисков. Перечень предпочтений молодых авторов не может обойтись и без упоминания о некоем возврате к стилистике гротескно-примитивистской формы. Подобным художественным решениям не откажешь в активной социально-нравственной позиции, окрашенной то добродушно-ироничным расположением к предмету, то жесткостью взгляда наблюдателя. С нашей точки зрения, сюжетное обобщение требует от авторов таких работ известной монументализации, ибо без нее пропадает весомость художественного высказывания. В картине Дмитрия Самодина «Лето» улетевшая под облака деревенская буренка воспринимается в удивительном согласии с буйным цветением окружающей природы. В этом как бы первозданном мире разлито искреннее чувство радости жизни. В «Игрушечной войне» Виктории Никифоровой с какой-то детской трогательностью фиксируется поза «убитого» бумажного солдатика. Трагедия хрупкости человеческой жизни передана ломкими угловатыми линиями, сумеречным мерцанием красок.

Проблема значительности творческого посыла состоит в избираемом автором ракурсе наблюдения, в нахождении стилевой кульминации, при которой выразительность приема провоцирует широту обобщения. Этот вывод распространяется и на такой нетрадиционный для пластической культуры вид изобразительного творчества, как работа с фотообъективом. В серии «101-й километр» Максима Глухова объективизация позиции автора непосредственно связана с портретной задачей. Смысловая кульминация достигается объединением персонажей с помощью выстраивания некоего социально ущербного ряда. В трехчастном произведении Марии Суворовой «Кремлевские тайны» ироничная, исполненная в современной стилистике социальная тема рождается от парадоксальной близости закрытой, сурово-строгой государственной цитадели и медиа-откровенностей современного гламура.

Такая форма «фотодокументации» обладает определенным качеством исторической реальности, как бы изнутри наполняясь острой эмоциональной оценкой, которая «снимает» мнимую авторскую отстраненность. Эффект предметного фиксирования создает и принцип живописно-станкового монтажа, основанный на современной клиповой культуре.

Многоуровневость художественных поисков свидетельствует об интенсификации процесса обретения молодежными выставками своего лица. Определенные трудности связаны с агрессивным непрофессионализмом, взявшим творческую личность в «тотальное» окружение, а ведь за этим таится угроза потери традиций отечественной школы и даже кризиса мастерства. В непрерывном споре о подлинных ценностях неизменно берет верх искусство, обращенное к жизни. Лишенные социальных вызовов художественные направления, ограничивающиеся ниспровержением классических основ, малопродуктивны. Историческая правота остается за теми, кто обладает тонким инструментарием образного проникновения в глубины времени. Оно в этом, безусловно, нуждается.

Illustrations

Максим ГЛУХОВ. Блатной. 2008
Максим ГЛУХОВ. Блатной. 2008
Фото. 60 × 90
Наталья СИТНИКОВА. Тамбурин. 2006
Наталья СИТНИКОВА. Тамбурин. 2006
Холст, масло. 120 × 120
Ольга МОХНАЧЕВА. Серия объектов «Вода». 2007
Ольга МОХНАЧЕВА. Серия объектов «Вода». 2007
Стекло, металл. 80 × 25 × 25
Александр ВОРОХОБ. Лучник. 2008
Александр ВОРОХОБ. Лучник. 2008
Бронза. 25 × 20 × 8
Вера КАЛЬЧЕНКО. Сон. 2008
Вера КАЛЬЧЕНКО. Сон. 2008
Холст, масло. 90 × 80
Зоя РУДНЕВА. Барабаны. 2006
Зоя РУДНЕВА. Барабаны. 2006
Цветное стекло, гута. 30 × 110
Иван АЛЕКСАНДРОВ. Авторская книга «Про ласточек». 2008
Иван АЛЕКСАНДРОВ. Авторская книга «Про ласточек». 2008
Андрей ОЧНЕВ. Фонтан в Симферополе. 2008
Андрей ОЧНЕВ. Фонтан в Симферополе. 2008
Холст, масло. 150 × 90

Вернуться назад

Теги:

Скачать приложение
«Журнал Третьяковская галерея»

Загрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в App StoreЗагрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в Google play