Большой оркестр

Екатерина Волкова

Рубрика: 
ВЫСТАВКИ
Номер журнала: 
#3 2008 (20)

Осенью 2008 года в Выставочном зале Третьяковской галереи в Толмачах, а затем в Мраморном дворце - филиале Русского музея пройдет выставка «Александр Токарев. Человек-Оркестр». Ее название отражает одну из самых ярких серий Александра Токарева и «сквозную» тему в его творчестве. «Человек-Оркестр» - это и сам художник, его бесконечный символический автопортрет, и живописный аналог разнообразных музыкальных тем, и в широком смысле - размышления о роли автора в изобразительном искусстве, о художнике в современном мире и обществе.

Александр Токарев родился в Одессе — городе музыкантов, рассказчиков и юмористов. Его родители, окончившие после войны Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина, были блестящими художниками. После Одесского художественного училища Александр Токарев поступил во ВГИК, где кроме занятий на художественном факультете посещал курс режиссуры в мастерской А.С. Хохловой (внучки П.М. Третьякова). С 1966 года начал участвовать в московских, республиканских и всесоюзных выставках. В 1970-х много работал как живописец, монументалист, график, писал сценарии и ставил музыкальные фильмы. Однако эксперименты с кинематографом не принесли удовлетворения: в 1981 году первый полнометражный фильм был искажен «по соображениям цензуры» и выпущен в прокат под другим названием. Затем началась перестройка, повеяло свободой, открылись границы, появились новые возможности. Одни художники объявили себя нонконформистами и устремились на Запад, другие — устраивали одиозные и шокирующие выставки на родине. Токарев избегал и тех, и других, не уехал и не примкнул ни к каким группам. Миновав многочисленные искушения времени, он разработал свой особый художественный метод, основанный на философской интерпретации действительности.

 

«Джазовый» метод

Творчество Александра Токарева — свободная игра музыкальных форм, мифологических сюжетов, поиск метафор и выразительных средств для воплощения вечных тем. Художник находит объединяющий емкий образ, затем бесконечно импровизирует с ним, подобно тому, как джазовые музыканты варьируют различные мелодии — «стандарты».

Каждая серия — «Человек-Оркестр», «Человек-Театр», «Человек-Zoo», «Игрушки Бога. Набалдашники и подлокотники» и другие — подобна теме, имеющей свою условную стилистику и образный строй. Вовлекая зрителей в игру с вариациями, художник предлагает свободно размышлять о различных явлениях нашей жизни. «Память» из полиптиха «Венок сонетов» — это мальчик, бредущий по сказочному городу, где игрушечные пирамидки превратились в дома. «Отечество» — серебристая голубятня с белыми и красными птицами, с распахнутой дверью, похожей на черную дыру-бездну и одновременно на «Черный квадрат».

Благодаря «джазовому» методу Токарев всегда разнообразен и узнаваем, не столько по внешним признакам — стилистике и манере, — сколько по метафорическому ряду, многослойному и многозначному.

 

Мажорное солнце и минорная луна

Живопись Токарева контрастная, яркая, сочная, наполненная южным солнцем. Художник работает цветом порой на грани возможного, гармонизируя формы, ритмы и самые неожиданные цветовые сочетания, кажущиеся в структуре его картин вполне естественными и даже закономерными. В этом «параллельном» мире, как в реальности, происходит своеобразная смена дня и ночи. «Солнечная» действительность, отражающая насыщенность, полноту, праздничную сторону и театрализацию жизни, уступает место «лунной» теме одиночества, тревожного света, творчества, художника-затворника.

Две контрастные темы — мажорная и минорная — драматически объединяются в едином живописном «тексте». В триптихе «Опера» памяти Мстислава Ростроповича они явственно выражены через символику сюжета и цветовое решение: «Здравица» (в центре триптиха) с брызгами цвета и света и персонажем, напоминающим юного Бахуса — символ полноты жизни; «лунная» по цвету «Колыбель» (слева) с изображением младенца в футляре от виолончели — почти буквальная цитата из автобиографического рассказа выдающегося виолончелиста, и, наконец, «Молчание виолончели» (справа) — минорный по колориту холст, разрезаемый мажорным синим пламенем, — как последний аккорд, после которого наступает торжественная тишина.

 

Симфонический масштаб

Токарев относится к категории редких художников, занимающихся крупной формой — полиптихами, состоящими из пяти и более частей. По масштабу и замыслу они подобны крупной форме в симфонической музыке и литературе, здесь можно привести в пример «Кольцо нибелунга» Вагнера, «Божественную комедию» Данте и «Человеческую комедию» Бальзака, «В поисках утраченного времени» Пруста. Почти эпические живописные повествования разворачиваются перед нами как гипертексты, совмещающие смысловые слои различной глубины. С эпическим жанром полиптихи Токарева объединяет тема судьбы, или фатума, характерная для последнего периода его творчества.

«Возможности полиптиха безграничны, — объясняет Александр Токарев. — Когда происходит перемножение частей, смысловое и эмоциональное, цифра результата многократно увеличивается. И ты, как безумный игрок в казино, ставишь все фишки на красное. Твой выигрыш нематериален. Риск увеличивается, но ощущение настолько захватывающее, возможности так расширяются, что остановиться нельзя. На кону Приумножение Смыслов».

В полиптихах, как в собственном театре, художник сам себе драматург, режиссер и актер. В его «Театре Жизни» благополучно смешиваются комедии божественная и человеческая, эпическое сказание и театр абсурда, реальность и мифология. В результате достигается синтез всех составляющих — соподчинение смыслов, мелодий, ритмов, объемов, пятен и форм. Завершенность и внутренняя гармония каждой из частей создают эффект солирующего музыкального инструмента. Вместе они образуют сложную структуру, и это — единый оркестр солистов.

 

Организаторы выставки «Александр Токарев. Человек-Оркестр» в Третьяковской галерее и Русском музее благодарят Банк Сосьеmе Женераль Восток за поддержку проекmа и помощь в его осуществлении.

Иллюстрации

Рассыпавшиеся бусы № 70. 1990
Рассыпавшиеся бусы № 70. 1990
Из серии «Человек-Оркестр». Холст, масло. 200×200
Большой оркестр. 1991
Большой оркестр. 1991
Из серии «Человек-Оркестр». Холст, масло. 200×400
Классики. 2004
Классики. 2004
Из полиптиха «Глупая жизнь». Холст, масло. 170×140
Сумасшедшая голова № 3. 2001
Сумасшедшая голова № 3. 2001
Из полиптиха «Сумасшедшие головы». Холст, масло. 190×180
Опера. Триптих памяти Мстислава Ростроповича. 2007
Опера. Триптих памяти Мстислава Ростроповича. 2007
Холст, масло
Хор. 1991
Хор. 1991
Из серии «Человек-Оркестр». Холст, масло. 110×80

Вернуться назад

Теги:

Скачать приложение
«Журнал Третьяковская галерея»

Загрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в App StoreЗагрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в Google play