Потомки: судьбы и память

Екатерина Хохлова

Рубрика: 
150 ЛЕТ ГТГ
Номер журнала: 
#3 2006 (12)

Одним из заметных событий празднования 150-летия Третьяковской галереи стал приезд в Москву потомков П.М. Третьякова, живущих в США. Благодаря усилиям сотрудников и руководства галереи, разыскавших семью Зилоти и сделавших ее визит в Россию реальностью, здесь впервые состоялась встреча тех, кто принадлежит к некогда многочисленному семейству, обитавшему в доме Третьяковых в Толмачах.

Семья Третьяковых. Слева направо: Вера, Ваня, Вера Николаевна, Маша и Миша, Мария Ивановна, Павел Михайлович, Саша и Люба. Москва. 1884
Семья Третьяковых.
Слева направо: Вера, Ваня, Вера Николаевна, Маша и Миша, Мария Ивановна, Павел Михайлович, Саша и Люба.
Москва. 1884

«Если детство может действительно быть счастливым, то мое детство было таковым. То доверие, та гармония между любимыми людьми, любившими нас и о нас заботившимися, было, мне кажется, самым ценным и радостным» - так писала в своих воспоминаниях Вера Павловна Зилоти, старшая дочь Павла Михайловича и Веры Николаевны Третьяковых, об атмосфере, царившей в их доме. Эта атмосфера любви, взаимного уважения, согласия была краеугольным камнем существования семьи на протяжении не одного поколения. Все, знавшие Павла Михайловича, вспоминали о его доверительных отношениях с «маменькой», как он называл ее до конца жизни, Александрой Даниловной, о дружбе с братом Сергеем Михайловичем, о внимании и заботе, которые Третьяков проявлял к многочисленным близким и дальним родственникам.

В 1865 году Павел Михайлович женился на Вере Николаевне Мамонтовой, происходившей из большой купеческой семьи. Брак этот оказался не просто удачным, его можно назвать идеальным. Вера Николаевна полностью разделяла взгляды и убеждения мужа, и, прежде всего, в том, что касалось главной цели его жизни - создания музея отечественного изобразительного искусства. Будучи матерью шестерых детей, хозяйкой большого дома, где постоянно бывало много гостей, Вера Николаевна находила время и силы на благотворительную деятельность: с октября 1867 года, по предложению городской Думы, она стала попечительницей только что открывшегося Пятницкого городского начального женского училища, а затем и членом попечительского комитета Арнольдовского училища для глухонемых детей. Она принимала самое активное участие в жизни училищ и приобщала к этому дочерей, о чем вспоминала В.П. Зилоти: «Мы бывали на всех экзаменах, на ежегодной елке, играли с детьми в игры. Всех знали по именам, знали судьбу каждой девочки. И были там своими. В моей жизни это было так до моего замужества и отъезда за границу. Мои сестры, жившие в Москве, впоследствии стояли близко к училищу».

Объединяла семью Третьяковых и любовь к искусству. Посещение театров, прежде всего оперы, концертов, музеев в Москве и во время путешествий по России и Европе было неотъемлемой частью их жизни. Обладавшая тонким вкусом и несомненным музыкальным дарованием, Вера Николаевна, сама серьезно занимавшаяся музыкой, стремилась передать свое отношение к искусству и детям. «Вера Николаевна играла дома всякий день по утрам. Я хорошо помню ясное утро: я сижу на теплом от солнечных лучей паркете в гостиной и играю в кукольный театр. А рядом в зале, соединенном с гостиной аркой, играет мать. Какие вещи она играла, я узнала много позднее, но я знала эти вещи и не помнила себя без них. Она играла ноктюрны Фильда, этюды Гензельта и Шопена. Шопена без конца.

Точно также я не помню себя без картин на стенах. Они были всегда», - писала в своей книге «Павел Михайлович Третьяков в жизни и искусстве» А.П. Боткина.

На память детям Вера Николаевна вела дневник, в который записывала не только забавные истории из их жизни, но и свои размышления об их развитии. В предисловии, адресованном дочери Александре, она писала: «Желая доставить себе удовольствие переживать с Вами каждый час Вашей жизни, я решила записать особенно приятные минуты, проявление особенной привязанности в Вас к чему-нибудь, также постепенное развитие в Вас духовной жизни, я думала сделать тебе этим приятное и оставить по себе и отце память как о людях, заботящихся сделать из Вас настоящих людей. Желание это было настолько искренне и сильно, что нельзя было бы сомневаться хотя вполовину за хорошее влияние всех начинаний».

Обращаясь к Вере, старшей дочери, Вера Николаевна написала: «Чувствуя, что музыка облагораживает человека, делает его счастливым, как я это видела на себе и на тете Зине (Зинаиде Николаевне Якунчиковой, старшей сестре Веры Николаевны. - Е.Х.), я решила как только возможно лучше передать вам это искусство.

Папаша твой тоже любил и понимал музыку, все-таки был он больше привязан к живописи и с полной преданностью служил этому искусству, покупая самые лучшие произведения старой и новейшей школы. ...Меня многие утешали, что для первого возраста ребенка лучше вашей обстановки нельзя было бы желать. Вследствие впечатления глаза, ты должна была размышлять, а музыка развивала в тебе другие стороны, более духовные, чувствительные».

В такой обстановке росли дети Третьяковых - Вера (р. 1866), Александра (р. 1867), Любовь (р. 1870), Михаил (р. 1871), Мария (р. 1875) и Иван (р. 1878). И думается, что именно особая духовная атмосфера этой семьи всегда помогала выдерживать испытания, выпадавшие на ее долю.

Павлу Михайловичу и Вере Николаевне пришлось вынести два самых трагических для родителей переживания - неизлечимую болезнь сына Михаила, родившегося с дефектом психики, и скоропостижную смерть от скарлатины восьмилетнего Вани, всеобщего любимца, на редкость чуткого и одаренного ребенка.

Вскоре после кончины Вани старшая дочь Третьяковых Вера вышла замуж за музыканта Александра Зилоти, сыгравшего значительную роль в истории русской культуры. Выдающийся пианист, любимый ученик Н.Г. Рубинштейна и Ф. Листа, двоюродный брат и учитель С.В. Рахманинова, близкий друг П.И. Чайковского, Зилоти был профессором Московской консерватории по классу фортепиано, затем главным дирижером Московского Филармонического общества, но самую широкую известность он приобрел как организатор и участник знаменитых «Концертов А. Зилоти». В этих концертах, проходивших до 1917 года в Петербурге, где с 1903 года жила семья Зилоти, принимали участие крупнейшие музыканты мира.

Вера Павловна в определенной степени повторила характер и судьбу своей матери - она тоже была человеком широких культурных интересов, талантливой музыкантшей, ее брак был таким же удачным и долгим, у нее тоже было шестеро детей, ей тоже пришлось пережить болезнь и смерть семилетнего сына. Но ей, как и двум другим дочерям Третьяковых - Любови и Марии, пришлось перенести то, чего никогда не могли даже предположить их родители, - потерю родины и связи с родными. В 1919 году, когда возникла реальная угроза для жизни
Александра Ильича, семья Зилоти вынуждена была уехать за границу, сначала в Финляндию, затем в Германию, а в 1922 году - в США. «На сто процентов «Московка», как она себя называла, Вера Павловна скончалась в 1940 году в Нью-Йорке, где незадолго до смерти написала замечательную книгу воспоминаний «В доме Третьякова», изданную в Америке в 1954 году, а в России лишь в 1998-ом.

Следующей, в 1920 году, уехала из России со своей семьей Мария Павловна. Ее муж, Александр Сергеевич Боткин, потомственный врач, морской офицер, участник многих экспедиций, занимавший в годы Первой мировой войны почетную должность Военного посредника в Финляндии, во время гражданской войны принял сторону Белого движения. Из Крыма Боткины уехали в Италию и с 1923 года поселились в Сан-Ремо, где вместе с ними жила и Любовь Павловна.

Семейная жизнь Любови Павловны сложилась не так удачно, как у ее сестер. Ее первый муж художник-маринист Николай Николаевич Гриценко, ученик А.П. Боголюбова, через шесть лет скончался от туберкулеза. Второй же брак, с художником Львом Бакстом, быстро распался, хотя именно Бакст, живший с 1910 года в Париже, был инициатором и организатором отъезда из России в 1922 году Любови Павловны и их сына Андрея, тоже ставшего впоследствии художником.

Таким образом, единственной из детей Третьяковых в России после революции осталась Александра Павловна. Возможно, в этом была своя закономерность: по характеру она более всего походила на отца, в ней была та же внешняя сдержанность, которую позже А.Н. Бенуа определил выражением «молчаливая монументальность», рассудительность, углубленность и при этом, как отмечала ее мать, особая чуткость «ко всему хорошему и великому». Недаром в одном из писем Павел Михайлович назвал ее «самой любимой моей девочкой».

Коллекция отца была для Александры Павловны неотъемлемой частью жизни. Когда во дворе дома Третьяковых заложили первый кирпич для постройки нового помещения галереи, ей было пять лет. На ее глазах строилась галерея, происходила развеска картин, открыли свободный доступ для посетителей.

Решение Павла Михайловича о передаче в 1892 году своего собрания в дар городу Москве не было для Александры Павловны, как и для всей семьи, неожиданностью. Не было у нее и сожаления - воистину дочь своего отца, она также была убеждена, что это собрание является национальным достоянием. Галерея по-прежнему оставалась для Александры Павловны родным домом, хотя к этому времени она уже была замужем за Сергеем Сергеевичем Боткиным и жила в Петербурге.

Когда после кончины П.М. Третьякова в 1898 году решался вопрос, кто, согласно выраженной в его завещании воле, войдет от семьи в Совет галереи, И.С. Остроухов написал И.Е. Репину: «Все мы надеемся, что семья выберет либо Александру Павловну, либо Сергея Сергеевича, что одно и то же». На что Репин ответил: «Ее никак нельзя обойти. Ближайшая наследница Павла Михайловича, ближе всех знакомая с симпатиями и планами покойного отца. Хотя еще и молодая, но умная, энергичная особа, с большой любовью и пониманием искусства как выросшая в этой галерее».

В Совете галереи Александра Павловна деятельно работала в течение двенадцати лет, после чего ее заменила Вера Павловна. В числе своих задач Совет считал создание мемориальной комнаты и обширной биографии П.М. Третьякова. В сборе архивных материалов для осуществления этого Александра Павловна принимала самое активное участие. Занималась она и отбором произведений для галереи на всевозможных выставках и в мастерских художников.

Более других дочерей Александра Павловна унаследовала от отца и влечение к собирательству произведений искусства. Определенным толчком к развитию этого влечения послужил ее брак с Сергеем Сергеевичем Боткиным. Пошедший по стопам отца, Сергея Петровича Боткина, он стал известным медиком, профессором Военно-медицинской академии. В семье Боткиных любовь к искусству и страсть к коллекционированию являлись фамильной чертой. Дядя Сергея Сергеевича, Михаил Петрович Боткин, был известным живописцем; другой дядя, Дмитрий Петрович, имел одну из лучших в России коллекций западной живописи; крупными коллекционерами стали его двоюродные братья - Петр и Сергей Ивановичи Щукины.

Сергей Сергеевич собирал произведения русского искусства, главным образом рисунки русских художников. В 1901 году журнал «Новое время» назвал его коллекцию такой богатой и редкой, «которой может, пожалуй, позавидовать даже и Третьяковская галерея». Безусловно, в пополнении этой коллекции участвовала и Александра Павловна.

Дом Боткиных в Петербурге был таким же уютным и гостеприимным, как и дом Третьяковых в Москве. И как когда-то в семье Третьяковых, в доме Боткиных постоянно бывали художники, музыканты, артисты. Следуя семейным традициям, Сергей Сергеевич и Александра Павловна постоянно оказывали художникам материальную помощь. Когда из-за недостатка средств был на грани закрытия журнал «Мир искусства», Боткины поддержали его материально, причем сделано это было, по словам Д. Философова, «без шума, как-то незаметно и скромно».

Скоропостижная кончина Сергея Сергеевича в январе 1910 года была страшным потрясением не только для семьи, но и для всех друзей и знакомых. После смерти мужа судьба коллекции стала предметом особой заботы Александры Павловны. В 1912 году она начала работать над подготовкой издания иллюстрированного каталога, но начавшаяся Первая мировая война и последовавшая затем революция помешали осуществлению ее замысла. За неделю до октябрьского переворота Александра Павловна, по совету П.И. Нерадовского, отдала коллекцию на временное хранение в Русский музей, где она и находится по сию пору.

Дом Боткиных в Петербурге был национализирован и передан под коммунальные квартиры. Александра Павловна вернулась в Москву, где жила ее старшая дочь Шура, ставшая женой артиста Московского Художественного театра К.П. Хохлова. По странному скрещению судеб отец Константина Павловича, Павел Иванович Хохлов, когда-то был служащим в магазине П.М. Третьякова, о нем вспоминает в своей книге В.П. Зилоти.

В начале двадцатых годов Александре Павловне, как и большинству людей ее круга, пришлось перенести многие тяготы того времени - лишение в правах, уплотнение, отсутствие средств, полуголодное существование в перенаселенной коммунальной квартире и, главное, расставание с близкими - уехавшими, арестованными, расстрелянными, исчезнувшими навсегда.

Но, несмотря на все пережитое, Александра Павловна никогда не жаловалась. Она помогала дочерям - Александре, ставшей киноактрисой, и Анастасии, работавшей в театральном музее в Ленинграде, воспитывала внука, вновь вернулась в галерею, где много лет была членом ученого совета, а в 1937 году начала работать над книгой об истории создания Третьяковской галереи. Эту книгу, первое издание которой вышло в 1951 году, а сейчас готовится шестое, Александра Павловна посвятила памяти отца - Павла Михайловича Третьякова.

Иллюстрации

Александра Павловна Боткина с дочерьми и служащими перед входом в галерею. Сентябрь 1910
Александра Павловна Боткина с дочерьми и служащими перед входом в галерею. Сентябрь 1910
Любовь Павловна Гриценко, Александр Ильич Зилоти, Александра Павловна Боткина, Николай Николаевич Гриценко, Вера Павловна Зилоти, Сергей Сергеевич Боткин. Париж. 1896
Любовь Павловна Гриценко, Александр Ильич Зилоти, Александра Павловна Боткина, Николай Николаевич Гриценко, Вера Павловна Зилоти, Сергей Сергеевич Боткин. Париж. 1896
Любовь Павловна Гриценко-Бакст и Александра Павловна Боткина. С.-Петербург. 1903
Любовь Павловна Гриценко-Бакст и Александра Павловна Боткина. С.-Петербург. 1903
Вера Николаевна и Павел Михайлович Третьяковы в окружении семьи. Куракино. 1898
Вера Николаевна и Павел Михайлович Третьяковы в окружении семьи. Анастасия Боткина, Мария Павловна Третьякова, Николай Николаевич Гриценко, Любовь Павловна Гриценко, Александра Павловна Боткина, Александра Боткина, Сергей Сергеевич Боткин. Куракино. 1898
Александр Ильич (крайний слева) и Вера Павловна (сидит) Зилоти в кругу друзей. Финляндия. 1919
Александр Ильич (крайний слева) и Вера Павловна (сидит) Зилоти в кругу друзей. Финляндия. 1919
Александра Павловна Боткина в своем доме в С.-Петербурге. 1908
Александра Павловна Боткина в своем доме в С.-Петербурге. 1908
Мария Павловна и Александр Сергеевич Боткины. 1898
Мария Павловна и Александр Сергеевич Боткины. 1898
Вера Павловна Зилоти. Конец 1890-х
Вера Павловна Зилоти.
Конец 1890-х
Вера Николаевна Мамонтова (в замужестве Третьякова) и Зинаида Николаевна Мамонтова (в замужестве Якунчикова). Москва. Начало 1860-х
Вера Николаевна Мамонтова (в замужестве Третьякова) и Зинаида Николаевна Мамонтова (в замужестве Якунчикова). Москва. Начало 1860-х
Внучки П.М. Третьякова: Марина Гриценко, Вера Зилоти, Анастасия Боткина, Оксана Зилоти, Кириена Зилоти, Александра Боткина. 1908
Внучки П.М. Третьякова: Марина Гриценко, Вера Зилоти, Анастасия Боткина, Оксана Зилоти, Кириена Зилоти, Александра Боткина. 1908
Мария Павловна Боткина. Сан-Ремо. 1926
Мария Павловна Боткина. Сан-Ремо. 1926
Пабло Казальс, Александра Павловна Боткина и Гилермина Суджиа-Казальс. С.-Петербург. 1912
Пабло Казальс, Александра Павловна Боткина и Гилермина Суджиа-Казальс. С.-Петербург. 1912
Свадьба младшего сына Зилоти – Левко. Рядом с ним В.П. и А.И. Зилоти. США. 19 июля 1935
Свадьба младшего сына Зилоти – Левко. Рядом с ним В.П. и А.И. Зилоти. США. 19 июля 1935
Сергей и Никита Фадеевы, Е.С. Хохлова, Алекс, Мэри и Грейс Зилоти на фоне портрета Веры Николаевны Третьяковой. Москва. Май 2006
Сергей и Никита Фадеевы, Е.С. Хохлова, Алекс, Мэри и Грейс Зилоти на фоне портрета Веры Николаевны Третьяковой. Москва. Май 2006
Алекс, Мэри и Грейс Зилоти. Абрамцево. Май 2006
Алекс, Мэри и Грейс Зилоти. Абрамцево. Май 2006

Вернуться назад

Теги:

Скачать приложение
«Журнал Третьяковская галерея»

Загрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в App StoreЗагрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в Google play