Китайский дворец. ИСТОРИЯ ОДНОГО ИНТЕРЬЕРА

Татьяна Сясина

Номер журнала: 
#3 2017 (56)

Необычайна судьба одного из главных шедевров русского декораторского искусства XVIII века - Стеклярусного кабинета. Расположенный в парадной анфиладе Китайского дворца, он задумывался как главный аудиенц-зал Екатерины II в Ораниенбауме. Этот удивительный, единственный в своем роде интерьер по праву считается непревзойденным образцом стиля рококо в России, главной особенностью которого было использование атрибутов китайского искусства.

Китайский дворец. Современный вид
Китайский дворец. Современный вид

Период создания Стеклярусного кабинета - это время страстного увлечения восточной экзотикой. Мода на все «китайское», пришедшая в Россию из Западной Европы еще в начале XVIII столетия, нашла свое отражение в создании не только отдельных комнат или кабинетов в стиле chinoiserie (в переводе с французского - «китайщина»), но и целых архитектурных ансамблей, построенных в Ораниенбауме в угоду и по прихоти императрицы Екатерины Великой.

Сама идея постройки «домика, что в Верхнем саду», как называли Китайский дворец в XVIII веке, возникла у будущей императрицы в период ее молодости: «Мне вздумалось тогда развести себе сад в Ораниенбауме и, так как я знала, что великий князь не даст мне для этого ни клочка земли, то я попросила князей Голицыных продать или уступить мне пространство сто саженей невозделанной и давно брошенной земли, которая находилась у них совсем рядом с Ораниенбаумом <...> Я начала делать планы, как строить и сажать, и, так как это была моя первая затея в смысле посадок и построек, то она приняла довольно обширные разметы <...> [1]

Осуществление своего замысла Екатерина поручила итальянскому зодчему Антонио Ринальди (1709/1710-1794). Ученик выдающегося архитектора Луиджи Ванвителли, он после своего переезда в Санкт-Петербург быстро завоевал расположение будущей императрицы. Проекты итальянца, выполненные в соответствии со всеми последними модными течениями, выгодно отличались несомненным изяществом и даже некоторой рафинированностью. Екатерина же, устав от помпезности и пышности елизаветинского двора, хотела стать законодательницей европейской моды и создать нечто, что свидетельствовало бы о ее утонченном вкусе и интеллекте. Принимая деятельное участие в воплощении задуманного, она лично отслеживала все этапы работ и даже контролировала закупки предметов прикладного искусства.

Е.Е. МЕЙЕР. Китайский дворец в Ораниенбауме. 1840-е
Е.Е. МЕЙЕР. Китайский дворец в Ораниенбауме. 1840-е
Бумага, акварель

XVIII век, подаривший нам праздный и чувственный стиль рококо, эстетика которого включала в себя создание новой рафинированной и куртуазной культуры, отводил особую роль слабому полу. Именно дамы в это время становились властительницами мыслей, идей и придворного этикета. Возведенный в Ораниенбауме дворец явил собой образчик вкусовых пристрастий и увлечений удивительной и неоднозначной женщины, которая одновременно могла сочетать в себе склонность к постоянным удовольствиям с непомерным трудолюбием, а величие монархини - с простотой в быту. Любительница «строить и сажать», Екатерина за свою жизнь создаст немало дворцов и парков, но именно здесь, в Ораниенбауме, реализовались ее самые первые смелые идеи и мечты. Несомненно, мысль о создании интерьера, практически полностью выполненного из стекла, также принадлежала императрице. Комнаты с использованием в декоративной отделке стекляруса и вышивки уже существовали в Европе, и сама Екатерина в детстве могла видеть аналогичную в замке в Арнштадте[2]. Однако размах и роскошь задуманного в Ораниенбауме не входили ни в какое сравнение с исполненным ранее.

С помощью архитектора Антонио Ринальди будущей императрице удалось воплотить в жизнь проект не только дворца, но и целого комплекса различных по своему назначению построек, впоследствии получивших название «Собственная дача». Благодаря дошедшим до нас альбому зодчего и аксонометрическим планам 1775 года, выполненным П.-А. де Сент-Илером, можно представить весь масштаб и грандиозность созданной резиденции. Кроме главного сооружения - дворца - на территории Собственной дачи были возведены Катальные горы с павильоном, появились оранжереи, парк со множеством увеселительных построек.

Обе части сада - и восточная, со сложной лучевой планировкой, и западная, с прихотливо извивающимися дорожками, - поражали воображение. Многократно пересекающиеся аллеи превращали пространство в огромный лабиринт, заблудиться в котором, однако, было невозможно. Дорожки непременно выводили к небольшим уютным кавалерским и китайским домикам, предназначавшимся для любовных свиданий. Ажурные «китайские» беседки - их было восемнадцать, на чертеже П.-А. де Сент-Илера они названы «летними китайскими кабинетами»[3] - располагали к тому, чтобы провести обед на открытом воздухе. Рядом с Катальной горой был устроен водный лабиринт с фигурными прудками с множеством островков, соединенных 17 мостиками с пятью беседками. Севернее от них для проведения театрализованных костюмированных праздников в духе галантного XVIII века были построены длинные Карусельные галереи, по всей видимости, предназначавшиеся для конных ристалищ, которые имитировали средневековые рыцарские турниры. («Китайские» беседки и галереи были разобраны в 1792 году [4].)

Постройки, элементы и композиционные приемы, выполненные в стиле chinoiserie, помогали создавать эффект ухода от реальной жизни в сказочный мир мечты и фантазии, превращая дворцовый парк в волшебную страну.

Многое из созданного по замыслам Екатерины по прошествии времени было утрачено, однако главное сооружение резиденции - Китайский дворец с его роскошным внутренним убранством - судьба уберегла от разрушения и забвения.

Спрятанный в глубине парка дворец сначала удивляет простотой и строгостью внешнего облика. В экстерьере здания не улавливается ничего, даже отдаленно напоминающего «китайщину». Лишенный парадности и монументальности внешне, внутри он поражает нарядностью и изысканностью оформления. Сама архитектура приобретает здесь мягкость переходов различных сложных конструктивных форм. Углы и стены плавно закругляются. Увеличиваясь в размерах, значительную роль играют падуги, украшенные художественной лепкой. Здесь еще сохранен барочный принцип анфиладности расположения комнат, однако уже нет впечатления бесконечности галереи, столь характерной для творчества зодчих предыдущей эпохи. Каждая комната имеет свое решение, а главное, в декоре интерьеров Китайского дворца мы видим сочетание различных материалов и разнообразных фактур — это лак, фарфор, стеклярус, вышивка, смальта, моржовая кость, резьба по дереву, наборные полы, живописные плафоны, тонкая низкорельефная лепка разнообразного рисунка, позолота и, конечно, искусственный мрамор (стюк).

Китайский дворец. Передняя. Фотография
Китайский дворец. Передняя. Фотография

Элементы подражания восточному искусству - изображения дымящихся восточных курильниц, бьющих фонтанов, трельяжных решеток, волшебных птиц, китайских шляп, зонтиков и опахал - встречаются практически во всех интерьерах дворца как в росписи живописной отделки, так и в оформлении лепных композиций. Наиболее ярко восточные мотивы воплощены в интерьерах, расположенных в западной части дворца, на половине Екатерины II. Благодаря названию этих комнат - Большой и Малый китайские кабинеты, Китайская опочивальня - у «новопостроенного дома» императрицы к концу XVIII века появляется наименование «Китайский».

Говоря о влиянии Востока, нельзя не рассказать о Стеклярусном кабинете Екатерины II, почти полностью сохранившем свое первоначальное убранство. Созданный в эпоху утонченного стиля рококо, его интерьер отражает саму идею «галантного века», где человек не знает скуки и усталости, где все стремится к беззаботности, наслаждениям и безудержному веселью.

«Ни на что не похожий», «удивительный», «сказочный» - эпитетов много, но ни один из них не может передать то волшебное ощущение, которое охватывает при посещении загадочного, чарующего кабинета Екатерины. Именно здесь возникает то самое «чувство истории», когда кажется, что сейчас сюда войдет императрица и мы услышим голоса и смех сопровождающих ее придворных.

Рокайльная орнаментика с обилием декора растительного характера и использованием нежных пастельных тонов придает убранству кабинета праздничность, нарядность, изысканность и легкость. В его отделке нашло отражение увлечение того времени «китайщиной». Правда, задачей здесь было не столько показать жизнь Востока в ее реальном воплощении, сколько, используя предметы и элементы восточного декора, передать свое представление о тех далеких странах, в которых мало кто бывал. Подражание так называемому «китайскому стилю» помогало достичь в восприятии декоративности фантазийной, почти сказочной атмосферы.

Стеклярусная комната (позднее она стала называться «кабинет») получила свое название благодаря панно, которые украшают три его стены. Их двенадцать - десять больших полотнищ и два десюдепорта[5], еще два были изготовлены для оформления каминного экрана. Основой этих декоративных картин служит небеленый холст (в одном сантиметре ткани 16 клеточек)[6], по которому нашит стеклярус - цилиндрические трубочки молочного стекла различной длины (от 2-3 до 15 мм) с волосяным отверстием внутри, а также сделана вышивка разноцветным ворсистым шелком - синелью (от французского «chenille»). Сам стеклярус имеет жемчужный оттенок и пришит к основе с подхватом одной нити холста, при этом трубочки расположены параллельно друг другу так, что каждая последующая немного выступает, и у зрителя нет впечатления строгих вертикальных линий. Благодаря этому приему за счет игры отраженного света достигается дополнительный эффект мерцания.

Стеклярус является лишь фоном, который подчеркивает и усиливает впечатление от самой вышивки, выполненной с удивительным мастерством и изяществом: на искрящемся фоне в обрамлении растительного орнамента - причудливые декоративные композиции с изображением сказочных птиц среди фантастического пейзажа. Декоративные элементы включают в себя неизменные атрибуты «китайщины»: легкие зонтики, мостики, пагоды, трельяжные решетки и беседки, увитые цветами, а сами птицы отдаленно напоминают росписи пернатых на вазах, привезенных из этой далекой страны. На панно множество изображений одного из самых главных талисманов Китая - колокольчиков. Развешенные в саду или в доме, они привлекали удачу, успех и согласие, издавая при этом тонкий перезвон, услаждающий слух и призванный вносить ощущение полной гармонии. Крученый ворсистый шелк создает впечатление объемности рисунка не только оперения птиц, но и всего декоративного орнамента. Безукоризненным является и выбор цветовой палитры шелковых нитей. В противовес холодному блеску стекляруса вышивка выполнена в мягких пастельных тонах, среди которых главенствующим является золотисто-бежевый.

Рисунки-картоны к стеклярусным панно выполнил в 1762 году «вольный живописных дел мастер» Серафино Бароцци, работавший в Петербурге более 10 лет - с конца 1750-х до 1771 года[7]. Панно вышивались в течение двух лет, с июля 1762 по апрель 1764 года, девятью русскими золотошвеями: Анной Андреевой, Авдотьей Логиновой, Авдотьей Петровой, Татьяной и Лукерьей Кусовыми, Прасковьей и Матреной Петровыми, Клеопатрой Даниловой, Марьей Ивановой под руководством бывшей актрисы французской труппы Марии де Шель[8]. (Де Шель - сценическое имя, ее настоящая фамилия - Фош.) Всего через один месяц после восшествия на престол Екатерина II издает указ «об отдаче находившихся при дворе золотошвей в смотрение и для исправления должности к мадам де Шель»[9]. В феврале 1763-го Екатерина II выплачивает Марии де Шель «за всю выполненную работу 4100 рублей», а в мае 1764 года накладывает резолюцию: «Выдать 1000 рублей за работу и отпустить в отечество...»[10].

Стеклярус был изготовлен на основанной русским ученым М.В. Ломоносовым в окрестностях Ораниенбаума Усть-Рудицкой мозаичной фабрике, которая производила на тот момент разнообразные изделия из стекла, в том числе бисер и стеклярус. Для создания панно использовали более 2 000 000 стеклянных трубочек жемчужного цвета с различными оттенками: розовым, желтоватым, светло-зеленым. По сравнению с деньгами, заплаченными за работу по вышивке, цена стекляруса выглядит ничтожной. По указу Екатерины II в 1765 году М.В. Ломоносову было уплачено «за стеклярус, сделанный на его фабрике, для убора летнего дому - 18 рублей». (Единственным строившимся летним домом для императрицы на тот момент был Китайский дворец[11].)

Все панно, словно картины, заключены в резные золоченые рамы в виде стволов деревьев, пальм, увитых листьями аканта и цветами. Рельеф резьбы очень глубокий и сложный, ведь некоторые листья отходят от ствола на 15-20 сантиметров. Рамы пяти панно увенчаны сверху десятью фигурами драконов - неизменными атрибутами интерьера в стиле «chinoiserie». Эти сказочные существа словно охраняют покой и благоденствие волшебного сада, изображенного на стенах.

Из документов 1763 года известно, что от канцелярии Строений в Ораниенбаум был откомандирован резчик Иван Селиванов[12]. В рапорте 1764-1765 годов по Собственной Даче титулярным советником Андреем Снетковым отмечено «за резную работу в две комнаты, в которых будут французские и китайские обои, и за сделанные резные канапе и стулья» заплатить 3845 рублей[13]. В это же время за 250 рублей по другому договору работал «резного дела мастер» Книхин[14].

Позолотные работы выполнялись золотарного дела подмастерьями из команды Якобо Мартини: Гавриилом Туболкиным, Николаем Холщевниковым, Михаилом Кривоноговым и другими[15]. Благодаря использованию двух техник нанесения позолоты на рамы - клеевому золочению и золочению на полимент - мастера добивались от убранства нового для того времени декоративного эффекта, где чередовались матовые и блестящие поверхности. Поверхность пола и нижней части панелей кабинета в XVIII веке, выложенная из смальты охристого, синего и лазоревого цветов, была стеклянной. Специально по задумке Антонио Ринальди для этого интерьера были созданы три смальтовых стола, поверхность которых была набрана в технике флорентийской мозаики[16] и украшена полудрагоценными уральскими камнями[17]. Работы эти выполнялись мастерами Петергофской гранильной фабрики под руководством Якобо Мартини. Красота и необычность интерьера, практически полностью выполненного из стекла, не могли оставить кого-либо равнодушным.

Композиция лепки падуг потолка и панно над камином находится в полном единстве с характером рисунков вышивки и резьбы. Чарующая, выполненная Альберто Джанни в технике намазной лепки, отделка становится прекрасным обрамлением плафона «Фортуна и Зависть» кисти Гаспаре Дициани. В аллегорической форме автор изображает борьбу двух противоположных начал: светлого, доброго - в образе богини судьбы Фортуны и темного, злого - в виде фигуры Зависти. Причем Зависть изображена поверженной у ног Фортуны. Выбор сюжета, по всей видимости, не случаен - это наставление тем, кто попадал сюда и был впечатлен блеском и роскошью убранства этих апартаментов. А гостей здесь побывало немало. Правда, это всегда был избранный круг. С момента торжественного открытия дворца, состоявшегося 27 июля 1768 года, Екатерина II не раз приглашала сюда наиболее приближенных лиц и давала аудиенции послам. В ходе своих официальных визитов дворец осматривали прусский принц Генрих и шведский король Густав III. 27 июля 1774 года в Стеклярусном кабинете императрица давала аудиенцию австрийскому послу князю Лобковичу. Она прекрасно сознавала изысканную роскошь и художественную ценность интерьера ее «редкой драгоценной игрушки», и видеть восхищение иностранных гостей ей было особенно приятно.

После смерти Екатерины II в Китайском дворце еще случались большие торжества, сопровождавшиеся показом Стеклярусного кабинета. Так, в 1818 году здесь был устроен бал в честь приезда в Ораниенбаум прусского короля Фридриха Вильгельма III по поводу рождения его внука, будущего русского императора Александра II [18]. Однако гостей становилось все меньше - постоянно меняющиеся владельцы редко посещали дворец.

В 1831 году Ораниенбаум вместе с Китайским дворцом передается в единоличное владение великому князю Михаилу Павловичу. С приходом новой хозяйки, супруги великого князя Елены Павловны, начался второй, не менее значительный этап жизни Стеклярусного кабинета - он переживает одну из своих первых реставраций, в результате которой разбираются пришедшие в полную негодность панели лазоревого цвета и знаменитый «мозаичной работы» пол из смальты. Великая княгиня старалась проводить свои преобразования в Китайском дворце достаточно сдержанно и аккуратно, поэтому при реконструкции сохраняется первоначальный замысел архитектора Антонио Ринальди. В ходе работ мастером Гютоном создается деревянный паркет, полностью повторяющий рисунок прежнего смальтового пола. Что же касается самих панно, то поновления затронули и их. По всей видимости, из-за невозможности полностью очистить холсты от появившихся загрязнений и в попытке придать яркость потускневшим и выгоревшим шелковым нитям бесценная вышивка раскрашивается яркими красками. После такого «обновления» исчезает объемность рисунка, а доминирующим цветом интерьера становится малиновый. Именно этот цвет используется при окрашивании вышитых цветов и декоративного орнамента панно. В интерьере появляется мебельный гарнитур, обитый малиновой тканью, из такого же цвета материи шьются портьеры на окна, и, как следствие, с 1862 года наряду со старым названием в обиход входит новое - «Малиновый кабинет»[19]. В 1897 году наименование вновь меняется - теперь кабинет упоминается как «Бисерная комната»[20].

После смерти Елены Павловны дворец становится собственностью сначала ее дочери, великой княгини Екатерины Михайловны, герцогини Мекленбург-Стрелицкой, потом внучки - принцессы Елены Георгиевны, в замужестве Саксен-Альтенбургской.

Самобытная красота кабинета не смогла оставить равнодушной и новую власть, пришедшую в результате полных хаоса и ужасов революционных событий, во время которых многое было утрачено, испорчено или просто украдено. Как ни странно, спасение пришло от Совета народных комиссаров. 30 августа 1918 года дворец был национализирован и все его имущество, в том числе бесценная стеклярусная отделка, взято на учет[21]. Но главное случилось позже - 1 июля 1922 года здесь открылся музей, и именно с этого момента началась работа не только по систематизации, изучению, но и по реставрации коллекций дворца. На протяжении 1925 года в мастерских Государственного Эрмитажа отреставрировали плафон кабинета «Фортуна и Зависть», пришедший к этому времени в удручающее состояние[22]. Кабинет оживал, на смену чувству страха и неуверенности приходила спокойная, размеренная жизнь музея с его планами и рутинной работой. У новых посетителей, большей частью неискушенных, обычное любопытство, возникающее при входе в залы дворца, неизменно сменялось чувством восхищения, когда увиденное, однажды поразив, уже навсегда занимает прочное место в душе человека. Стеклярусная комната продолжала дарить людям подлинное эстетическое наслаждение. Казалось, что так будет всегда.

Однако Великая Отечественная война в одночасье оборвала недавно начавшуюся жизнь музея. Еще месяц дворец продолжал работу; консервация и эвакуация экспонатов, и в первую очередь стеклярусных панно, начались 23 июля 1941 года[23]. Бесценные вышивки обернули тканью и накатали на одиннадцать валов, которые поместили в два ящика[24]. По всей видимости, панно от каминного экрана и два десюдепорта были накатаны на один вал. Впервые с момента своего создания панно покинули пределы дворца, их увезли на барже в Исаакиевский собор в Ленинграде, где они оставались в таком состоянии всю блокаду. Только однажды, 9 июня 1943 года, ящики были потревожены музейными работниками Балаевой, Тихомировой и Максимовой для осмотра их сохранности[25]. Теперь трудно представить, как смогли три обессиленные от голода женщины вытащить валы, тем не менее они осмотрели панно и составили акт, в котором зафиксировали удовлетворительное состояние и отсутствие признаков сырости. Хуже обстояло дело с резными рамами. Они также хранились в Исаакиевском соборе в ящиках под номерами 14 и 15, однако в 1946 году при вскрытии там было обнаружено сильное поражение плесенью.

Стеклярусный кабинет, как и весь музей, был в очень плохом состоянии после тяжелого блокадного периода и требовал реставрации. К счастью, за годы войны этот удивительный дворец эпохи рококо не был разрушен и разграблен, поскольку немцы так и не смогли войти в Ораниенбаум, но значительный урон памятнику был нанесен. Обстрелы с воздуха, взрывы бомб, повлекшие за собой утраты и повреждения, распространившаяся за военные годы сырость губительно сказались на сохранности как самого здания, так и внутренней отделки. Защитник Ораниенбаумского плацдарма В. Горбачев, переступивший порог Китайского дворца в 1943 году, писал: «...в зимнее время через щели ставней и разбитые стекла в залы дворца сквозняками навьюжило островки снега. Теперь они таяли на полу, и паркет, насытившись влагой, поднимался во многих местах буграми. По стенам текли струи воды. На крыше таял снег и через многочисленные пробоины в кровле от града зенитных осколков, падающих с неба при отражении воздушных налетов противника, проникал ручейками воды в интерьеры дворца»[26].

К 27 июня 1946 года были проведены лишь консервационно-реставрационные работы без предварительных исследований. Квалифицированные мастера-краснодеревщики во главе с бригадиром И.И. Картошкиным реставрировали наборные полы во всех комнатах, в том числе и в Стеклярусном кабинете, правда, ввиду отсутствия необходимых пород дерева без добавления нового материала в местах утрат. Опытный резчик И.Н. Балдасев восстановил поломанную во многих местах резьбу рам Стеклярусного кабинета. Резной золоченый багет собрали путем подбора и подклейки отвалившихся фрагментов орнамента и установили на место, но без восполнения несохранившихся деталей[27]. Вновь вырезаны из липы были только голова, два крыла и три хвоста драконов, бронзированные ввиду отсутствия золота[28]. Бригада мраморщиков во главе с бригадиром И.И. Дворецким реставрировала камин и панели, сделанные из искусственного мрамора. Маляры (бригадир А.В. Крючков) и позолотчики (бригадир А.Н. Кабанов) проделали сложную и большую работу по восстановлению отделки потолков, падуг и стен[29]. Поскольку не было возможности провести натурные изыскания, потолок и панели над окном просто окрасили в три цвета - розовый, фисташковый и кремовый, лепку над камином побелили и произвели ремонт резьбы в нижней части стен, также отреставрировали плафон[30]. Поскольку сами стеклярусные панно не получили значительных повреждений, их после просушки поместили на свое первоначальное место[31].

Руководителями этих работ выступили архитектор И.И. Варакин, являвшийся также автором цикла гравюр, посвященных Ораниенбауму первых послевоенных лет, и научный сотрудник Л.И. Васильева[32].

Спустя всего лишь год после окончания войны, летом 1946 года, посетители музея смогли вновь увидеть Стеклярусный кабинет. И хотя проведенные работы носили скорее консервационный характер, на фоне истерзанных в ходе войны пригородных дворцов это была уже большая победа реставраторов и сотрудников над разрухой, означающая возвращение к мирной музейной жизни.

В послевоенные годы во дворце продолжались реставрационные работы, однако они не затронули Стеклярусного кабинета. Более 60 лет интерьер ждал своего часа.

В 2009 году благодаря финансовой поддержке ОАО «Газпром», концерна BASF и компании «Винтерсхалл Холдинг ГмбХ» впервые за всю историю музея в залах дворца начались полномасштабные исследовательские и консервационно-реставрационные работы с комплексным подходом, включающим в себя изменение прежде всего климатического состояния дворца. Повсеместная сырость и плесень в интерьерах - вот главные проблемы, с которыми опять пришлось столкнуться специалистам и реставраторам разных направлений. Теперь, после установки системы консервационного отопления, зимой здесь поддерживается положительная температура и в зависимости от времени года постоянно работают приборы осушения и увлажнения воздуха.

Благодаря слаженной работе сотрудников КГИОП, Государственного музея-заповедника «Петергоф» и Государственного Эрмитажа летом 2009 года произошло долгожданное событие - реставрация уникальных музейных предметов. Еще зимой в начале 2008-го для разработки методики в лабораторию научной реставрации тканей Государственного Эрмитажа передается первое панно - десюдепорт восточной стены Стеклярусного кабинета. К июлю 2008 года, после проведения обследования, разрабатывается методика реставрации, а уже через год после начала работ первые шесть панно (три - с восточной, два - с западной, одно - с южной стороны) были приняты комиссией. Благодаря уникальной и трудоемкой реставрации, включавшей в себя не только очистку и укрепление нитей, но и снятие позднейших наслоений XIX века, вышитым рисункам возвращается первоначальный цвет, такой, каким он был в XVIII столетии. Зимой 2010 года сотрудники фирмы ООО «Дедал» завершили комплекс работ по реставрации золоченого багета Стеклярусного кабинета, в ходе которых мастерам удалось воссоздать утраченные ранее на западной стене у камина нижнюю резную раму и две фигурки драконов. В течение этого времени художники компании ООО «Петрорестком» провели первоочередные противоаварийные консервационные работы по декоративной художественной отделке, сделали расчистки с раскрытием первоначальных цветов на стенах и падугах потолка для определения соответствующих колеров, закончили реставрацию плафона. На лепном панно над камином под побелкой, сделанной в 1946 году, реставраторам удалось обнаружить и восстановить исторический серебристо-жемчужный оттенок, благодаря которому при мерцании света легкая намазная лепка в виде цветов и птиц вновь заиграла, как роскошная вышивка на фоне стекляруса.

В 2011 году к торжественному открытию интерьеров первой очереди Китайского дворца была осуществлена кропотливая работа по монтажу стеклярусных панно и рам на сохранившиеся исторические подрамники. Но интерьер не может восприниматься целостно и законченно без дополняющих его предметов декоративно-прикладного искусства. Поэтому последним важным событием, поставившим долгожданную точку в реставрационных работах, стало возвращение знаменитых смальтовых столов XVIII века, специально задуманных Антонио Ринальди для кабинета. Только после этого завершающего «штриха» стало возможным увидеть и понять первоначальный авторский замысел, главная задача которого состояла в достижении удивительной согласованности и целостности восприятия разных по художественному воплощению элементов декора такого необычного даже для своей эпохи интерьера.

 

  1. Е. Гусляров. Екатерина II в жизни. С. 82 // Из записок Екатерины II. 1755 год.
  2. Стеклярусную комнату можно увидеть в музейном комплексе «Новый замок» в Германии в городе Арнштадт в Тюрингии. Время ее создания приходится предположительно на 1730-е годы.
  3. Горбатенко С. Архитектура Ораниенбаума. Западная дистанция Петергофской дороги. СПб., 2014. С. 348.
  4. Там же. С. 148.
  5. Десюдепорт (франц. dessus-de-porte - над дверью) - декоративные композиции, расположенные над дверными или оконными проемами.
  6. Архив ГМЗ «Петергоф». Н-1459. П. 616 (3). Ст. научный сотрудник В.В. Елисеева. Справка к реставрации Стеклярусного кабинета Китайского дворца. 1965 год. Л. 2. (Далее: Архив ГМЗ «Петергоф».)
  7. Клементьев В.Г. Ораниенбаум. Китайский дворец. СПб., 2007. С. 55.
  8. КГИОП (Комитет по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры). П. 616-7. Инв. № Н-7282. Историческая записка. Китайский дворец в Ораниенбауме. Сост. Клементьев В.Г. 2005. С. 15. (Далее: КГИОП.)
  9. Там же.
  10. Там же.
  11. Воронов М. Работы русских мастериц. Жемчужное ожерелье Ленинграда // Ленинградский рабочий. 1983. 25 января
  12. Архив ГМЗ «Петергоф». Н-1459. П. 616 (3). Л. 4.
  13. Там же.
  14. Там же.
  15. Там же.
  16. На деревянную основу накладывались кусочки смальты и приклеивались вплотную друг к другу, затем они подвергались сглаживанию и полировке, швы заделывались совсем незаметно.
  17. Полудрагоценными уральскими камнями (агатом, ониксом) украшены два из трех столов: консольный и столик с изображением книг.
  18. Бенуа А.Н. Китайский дворец в Ораниенбауме // Художественные сокровища России. 1901. №10. С. 204.
  19. КГИОП. П. 616-7. Инв. № Н-7282. Историческая записка. Китайский дворец в Ораниенбауме. Сост. Клементьев В.Г. 2005. С.53.
  20. Там же.
  21. Клементьев В.Г. Ораниенбаум. Китайский дворец. СПб., 2007. С. 11.
  22. Архив ГМЗ «Петергоф». Л. 8.
  23. КГИОП. П. 616-7. Инв. № Н-7282. Историческая записка. Китайский дворец в Ораниенбауме. Сост. Клементьев В.Г. 2005. С. 66.
  24. Архив ГМЗ «Петергоф». Л. 9.
  25. Архив ГМЗ «Петергоф». Л. 9. Акт от 9 июня 1943 года. В своей справке В.В. Елисеева указывает фамилии (без инициалов) музейных сотрудников, вскрывавших ящики.
  26. КГИОП. П. 616-7. П-1190. Текущая переписка 1946-1956 гг. Акт от 20 декабря 1946 г. О техническом состоянии здания Китайского дворца и установлении объема ремонтно-реставрационных работ на 1947 г. С. 2.
  27. Архив ГМЗ «Петергоф». Л. 8.
  28. Там же. Л. 6.
  29. КГИОП. П. 616-7. П-1190. Текущая переписка 1946-1956 гг. Газета «Вперед» г. Ораниенбаума от 7 июля 1946 г. Статья З. Эльзенгр (ст. научный сотрудник) «Сегодня открывается Китайский дворец-музей». Л. 146.
  30. Архив ГМЗ «Петергоф». Л. 8.
  31. Архив института «Ленпроектреставрация». Китайский дворец. Журнал работ 1946 г. Л. 6.
  32. Мудров Ю.В., Лебединская М.П. «Ораниенбаум. Сороковые...». СПб., 2005. С. 20.

Иллюстрации

Китайский дворец. Стеклярусный кабинет после реставрации. 2015
Китайский дворец. Стеклярусный кабинет после реставрации. 2015. Фотография
Фрагмент Стеклярусного панно
Фрагмент Стеклярусного панно
Неизвестный художник, по оригиналу Л. Каравакка. 1745. Портрет императрицы Екатерины II. Около 1762
Неизвестный художник, по оригиналу Л. Каравакка. 1745. Портрет императрицы Екатерины II. Около 1762
П.-А. ДЕ СЕНТ-ИЛЕР. Аксонометрический план Собственной дачи. 1774–1779. Россия, Санкт-Петербург
П.-А. ДЕ СЕНТ-ИЛЕР. Аксонометрический план Собственной дачи. 1774–1779. Россия, Санкт-Петербург
П.-А. ДЕ СЕНТ-ИЛЕР. Аксонометрический план восемнадцати летних китайских кабинетов в Ораниенбаумском саду. 1774–1779
П.-А. ДЕ СЕНТ-ИЛЕР. Аксонометрический план восемнадцати летних китайских кабинетов в Ораниенбаумском саду. 1774–1779
Россия, Санкт-Петербург
К. АНТОНИНИ по рисунку А. Ринальди. Китайский дворец. Гравюра. 1796
К. АНТОНИНИ по рисунку А. Ринальди. Китайский дворец. Гравюра. 1796
Китайский дворец. Большой китайский кабинет
Китайский дворец. Большой китайский кабинет
Стеклярусный кабинет. Ваза в форме балясины с крышкой (сосуд типа «Гуань»). Мастерские Имари (Арита), Япония, провинция Хидзэн, г. Арита. Конец XVII – первая четверть XVIII века (Эпоха Эдо, 1603–1868)
Стеклярусный кабинет. Ваза в форме балясины с крышкой (сосуд типа «Гуань»). Мастерские Имари (Арита), Япония, провинция Хидзэн, г. Арита. Конец XVII – первая четверть XVIII века (Эпоха Эдо, 1603–1868)
Стеклярусный кабинет. Ваза в форме балясины с крышкой (сосуд типа «Гуань»). Мастерские Имари (Арита), Япония, провинция Хидзэн, г. Арита. Конец XVII – первая четверть XVIII века (Эпоха Эдо, 1603–1868)
Навершие вазы в виде собаки Фо
Навершие вазы в виде собаки Фо. Фотография
Фрагмент стеклярусного панно
Фрагмент стеклярусного панно. Фотография
Фрагмент стеклярусного панно
Фрагмент стеклярусного панно. Фотография
Стеклярусный кабинет. Гаспаре Дициани. Плафон «Фортуна, изгоняющая зависть». 1760-е. Италия
Стеклярусный кабинет. Гаспаре Дициани. Плафон «Фортуна, изгоняющая зависть». 1760-е. Италия
Стеклярусный кабинет. Гаспаре Дициани. Плафон «Фортуна, изгоняющая зависть». 1760-е. Италия
Стеклярусный кабинет. Гаспаре Дициани. Плафон «Фортуна, изгоняющая зависть». 1760-е. Италия
Китайский дворец. Фрагмент южного фасада (западный ризалит). Разрушение штукатурного слоя. 1946
Китайский дворец. Фрагмент южного фасада (западный ризалит). Разрушение штукатурного слоя. 1946
Фотография
Китайский дворец. Стеклярусный кабинет. Юго-восточный угол. Монтаж резных рам стеклярусных панно. 1946
Китайский дворец. Стеклярусный кабинет. Юго-восточный угол. Монтаж резных рам стеклярусных панно. 1946
Фотография
Китайский дворец. Стеклярусный кабинет. Восточная стена слева от двери в Голубую гостиную. Монтаж резных рам стеклярусных панно. Июнь 1946
Китайский дворец. Стеклярусный кабинет. Восточная стена слева от двери в Голубую гостиную. Монтаж резных рам стеклярусных панно. Июнь 1946
Фотография
Десюдепорт восточной стены до и после реставрации. 2009
Десюдепорт восточной стены до и после реставрации. 2009
Фотография
Фрагмент стеклярусных панно до и после реставрации. 2009
Фрагмент стеклярусных панно до и после реставрации. 2009
Фотография
Стеклярусный кабинет. Россия. 1764–1767
 
Стеклярусный кабинет. Экран каминный. Россия. 1764–1767
Стеклярусный кабинет. Экран каминный. Россия. 1764–1767
Мастерская мадам де Шель. Дерево, синель, стеклярус, холст, резьба, золочение
Фрагмент стеклярусного панно
Фрагмент стеклярусного панно. Фотография
Реставрация рам от стеклярусных панно в мастерской фирмы ООО «Дедал». 2009–2010
Реставрация рам от стеклярусных панно в мастерской фирмы ООО «Дедал». 2009–2010
Фотография
Стол мозаичный. По проекту Якоба Мартино (?) (Jacopo Martino) (1716–1793)
Стол мозаичный. По проекту Якоба Мартино (?) (Jacopo Martino) (1716–1793)
Петергофская гранильная фабрика (мозаичный набор); мастерская Ермолая Эрланта (подстолье). 1772–1779 (?)

Вернуться назад

Теги:

Скачать приложение
«Журнал Третьяковская галерея»

Загрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в App StoreЗагрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в Google play
title ?>" data-url="<?php print $node_url ?>" data-url_text="<?php print $content ?>">